Роркх. Потрошитель

— Ты о чем? — рыжебородый перевел взгляд на меня.

— Говорю, что знает толк в мужиках. Она за ним как за каменной стеной, — я не сдержался и тихо засмеялся со своей же шутки.

Казалось, что силы равны, и, возможно, так и было. Но вот в хитрости чудовище явно превосходило своих соперников. Когда викинг решил пойти на уловку, чтобы подставить Удильщицу под выстрел. Он наконец-то додумался, как лишить её возможности укрываться за ним. И подгадав, когда слева от него будет переулок, а у неё кирпичная стена, резко нырнул в него.

Казалось, стрелок сразу же воспользуется шансом и всадит пулю в изворотливую гадину. Но у той было иное мнение на этот счет. Когда викинг только начал заваливаться влево, Вдова молниеносно бросилась на самурая. А здоровяку оставалось лишь бессильно наблюдать за происходящим.

Ещё и стрелок замешкался, и выстрел прозвучал лишь когда мечник уже сползал вниз безжизненной куклой, оставляя на стене дома кровавый след, а его убийца прошмыгнула в подворотню. И даже так он промазал.

Тварь ударила так же, как и до этого, обратила недостаток в преимущество.

Движения его клинка были молниеносны. Вот на землю уже падали срубленные пальцы, а за ними и кисть. Мечник нарезал лапу монстра с бешеной скоростью. Но при этом, несмотря на мастерство, самурай не избежал попадания смертоносной «плети».

Удар пришелся аккурат по центру доспеха, вмяв его внутрь. Тело перелетело через забор, с хрустом впечаталось в стену и взорвалось во все стороны темно-красными росчерками.

— Ты можешь объяснить, почему мы тут до сих пор торчим? И вот, забери, — я протянул Фину два оставшихся будильника.

— Сколько осталось? — дворф сразу понял, к чему я вёл.

— Четырнадцать, — ровно столько у меня на данный момент оставалось очков разума.

Да, только что я опять провалил проверку ужасом. Поэтому и отдавал взрывоопасные предметы Фину. Без них Итан даже обезумев не будет опасен для дворфа и не сможет при всем желании причинить вред.

— Чего молчал? Раньше не мог сказать?

— Я же предлагал свалить с самого начала.

— Она еще у тебя?

— Кто?

— Сигара, где она? — Фин принялся обыскивать мои карманы.

— Которую ты всеми существующими богами заклинал меня даже под страхом смерти не курить?

— Ага, она, родимая, но боюсь, тебе придется все же угоститься.