Стальной рассвет. Пески забвения

Зачем же он тогда ходил в поход? Зачем убивал её соотечественников? Чего ему не хватало здесь, в этой дивной стране с таким удивительно мягким климатом и красотой просторов? Лишь одно девушка могла сказать с уверенностью: князь совсем не груб с ней, чего она так опасалась в самом начале. Но его женой она всё равно никогда не станет. Ойси решила для себя это твёрдо. А что же в таком случае она будет делать рядом с ним, и в качестве кого? Простой наложницы? Рабыни? Этот вопрос волновал Ойси и ответа у неё не было.

Шпили княжеского замка показались над верхушками деревьев на утро четвёртого дня после того, как отряд въехал во владения Уфталов. Постепенно сквозь листву стали видны флигели и башенки, крытые красной черепицей, а потом и зубчатая верхушка крепостной стены, возведённой, как и весь замок, из светлого камня, что был здесь в избытке. Когда замок открылся полностью, стало понятно, что он укреплён по всем правилам. Возводившие его понимали в этом толк, а светлый камень, придающий строению вид лёгкий и непрочный — впечатление обманчивое.

Это была крепость, способная выдержать серьёзный штурм и долгую осаду.

На цепях опустились ворота, дополнив собою недостающий пролёт моста через ров, наполненный водой. Послышался звук многочисленных труб, возвестивших о прибытии господина, о приближении которого все и так уже знали, ибо весть — и хорошая, и плохая всегда бежит впереди.

Со стен на приближающийся отряд смотрели облачённые в доспехи воины и челядь из тех, кто получил свободную минутку в царящей суете по случаю прибытия князя с войны.

Лица одних выражали радость, других — тревогу и скорбь, если глаза не находили того, кого искали жадно, ещё не веря, что его нет.

Ничего этого Ойси не видела, сидя в своей повозке, слыша лишь дробный цокот кованных копыт по выложенной камнями дороге, чувствуя, как мелко сотрясается повозка, проезжая по булыжникам. Вслушиваясь в торжественные звуки труб, девушка с тревогой думала о том, что её долгое путешествие подошло к концу.

Что ждёт её на новом месте среди чужих людей? Вот-вот ей предстоит выйти из повозки, ставшей почти родной за эти месяцы. Ойси вознесла молитву богам и подумала: пусть будет так, как угодно им, она покорно примет их волю.

Велеурд ехал во главе отряда, ощущая, как радуется его сердце, с удовлетворением рассматривая свой замок-крепость, зелёные холмы и море, расплескавшееся до самого горизонта, где вода сливается с небом.