Владыка битвы (Начертатель-2)

Скажу прямо — я даже жалел, что ты не успел к отплытию. Всё же плату мы взяли, договор был заключён... А потом мы увидели пожар, ещё и тех птиц... Словом, не хотелось нам с тобой связываться, начертатель. Кем бы ты ни был, но ты приводишь с собой беду. А мы — люд торговый, мы бед не любим.

Я молча пялился в воспалённые глаза купца.

— Топор мой где? — наконец спросил я.

— У нас. Отдадим, как прибудем в Виттсанд. Осталось уже недолго.

— Почему ты думаешь, что моё проклятье не подействует, когда мы сойдём на берег? — съязвил я.

Но в ответ купец лишь загадочно улыбнулся.

— Я не думаю, я знаю, — ответил он. — Не проклянёшь. Главное — сойти на берег, а там разойдёмся каждый своей дорогой. Не знаю, зачем тебе понадобилось в Виттсанд, но заранее желаю удачи.

Странным он был, этот торговец. Выглядел прилично, а вот нёс какую-то околесицу. Вроде и народы мы почти родные, да и живём всего через довольно узкое море, но сверы показались мне необычными. Замкнутые, неразговорчивые — всё, кроме самого торговца, косились на меня кто с опаской, кто и вовсе с неодобрением.

Я с трудом разогнулся и привалился спиной к сваленным в кучу корзинам.

— Как твоё имя, купец? — спросил я, разглядывая хозяина кнорра. — Свергланд большой. Откуда вы?

— Я Петтер Иварссон из Равнстеда, — представился он. — Моего старшего сына Даги ты уже знаешь, он как раз и договаривался с тобой... Хинрик, так тебя зовут?

— Хинрик Фолкварссон.

— Будем знакомы, начертатель Хинрик Фолкварссон, — слегка поклонился Петтер и указал на мои путы.

— Какие ещё порядки? Гостей связывать? И с каких же пор, почтенный?

Корабельные люди тихо зароптали. Даги откашлялся. Купец удивлённо на меня взглянул.

— Когда ты в последний раз был в Свергланде, начертатель? — спросил он.

— Никогда.

— Ааа... Оно и видно. Иначе, полагаю, плащик ты бы свой снял да посох припрятал.

— А что с ними не так? — возмутился я. — Это моя гордость, знак моего ремесла.

Петтер усмехнулся.

— Ну в этом, собственно, и дело. С некоторых пор у нас в Свергланде не рады начертателям. Особенно в Виттсанде, где сидит король.

— Король? — изумился я. — Там же правил конунг Альрик Туча.

— Ага. Правил. А теперь правит король Элерих Благословенный. Такое имя он себе взял после того, как эглинские монахи макнули его в бочку с водой, вымазали лоб вонючей смолой и нацепили на его шею амулет со спиралью.