Ведьмак

Неужели безвыходная ситуация? Только если…

Импланты, которые вживил ему опытный старый жестянщик Заур Виви, были достаточно стандартной конфигурации. Глазной апгрейд, позволяющий несколько часов видеть в темноте. Мощнейший стимулятор, встроенный в зуб, которого он лишился по доброте душевной. Химический катализатор, ускоряющий все чувства до нечеловеческих параметров на короткий промежуток времени. Блокатор в горле, позволяющий дышать всякой дрянью без боязни быть отравленным. И генератор ЭМИ — электромагнитных импульсов.

Ганс решил установить его, вспоминая своё последнее сражение — с голыми руками против одного закованного в экзоскелет юнца. Тогда он проиграл, и не хотел, чтобы подобное повторилось. Всплеск электричества с лёгкостью мог уничтожить всю технику в радиусе нескольких метров, однако существовала и обратная сторона — удар мог также поджарить и сердце хозяина. Поэтому последнюю модификацию пришлось потратить на соответствующую защиту, которая значительно снижала шансы на непроизвольное самоубийство.

На мысль Ганса натолкнул то и дело возникающий в подсознании образ океана. Что может быть лучшим проводником электричества? Оставалось лишь ждать, наблюдая за тем, как тварь сжирает очередного бедолагу. Был ли это неизвестный ему шахтёр «Горизонтов», таинственный представитель «Атласа», Юджин или Алекс — гадать особого смысла не было. Терпение. Второго шанса не будет. По крайней мере, они хорошо потрепали ублюдочную дрянь, заставив её восполнять запасы плоти и костей, не отходя от кассы.

В ином случае он мог тут провисеть до скончания времён.

Тварь уже всасывала в себя пленника соседнего кокона, присоединяя к своей кошмарной мозаике. Краем глаза Ганс смог разглядеть жертву — это был Сэйдж. Не самый приятный человек, ленивый и даже где-то глуповатый. Но он оставался храбрым до самого конца, идя за Гансом и Ричардом в пекло в попытке спасти Алекса и Луизу. Ричард… Проклятье. Он был практически другом. Но мёртвых Ганс решил помянуть позже. Сначала нужно как-то выжить в приближающейся человеческой мясорубке.

Тварь подошла вплотную к полупрозрачному красноватому мешку, в котором находился обездвиженный наёмник. Не то голова, не то хобот удлинились, объединяя свою слизь со слизью кокона.

Терпение! Ждать до последнего!

Это не было сильной чертой его характера, тем более на краю гибели. Ганс почувствовал, как его начинает затягивать, всё тело отдалось болью, он из последних сил напряг мышцы, сопротивляясь невероятному давлению.