Ведьмак

Так или иначе, что-то зацепило меня тогда, заставив выехать в листопадную хмарь к ближайшему по словам пьянчуги-рассказчика поселению в надежде узнать больше. Если не поисковик Корпуса, то кто?

2. Прибытие

Деревня Малая Бровка стояла на руинах ранее существовавшего городка. Замшелые каменные стены древнего укрепления соседствовали с крепким на вид деревянным забором, потемневшим от времени и от влаги. Редкие посты дежурных, подсвеченные факелами, еще сильнее намекали на разницу в масштабах между прошлым величием места и нынешним его упадком.

Впрочем, подобное зрелище уже давно стало привычным любому путешественнику, выезжающему сколько-нибудь далеко от столицы.

В стране по-прежнему гремело эхо Войны с Некромантами: опустевшие, вымершие города, за века превратившиеся в руины, выжженные магическим огнем селения, с трудом зарастающие травой, оскверненные храмы, ставшие приютом для лесного зверья или нежити, напитанные аурой смерти поля сражений и покинутые своими погаными хозяевами урочища, способные извратить слабых или больных, сделав их монстрами, противными любому.

Королевство Людей пострадало более прочих. Все началось здесь и столетия спустя после победы Союза Трех Рас еще не закончилось, да и сможет ли когда-либо?

Дорога местами уже превратилась в непролазную грязь, так что к концу пути я выглядел не самым привлекательным образом, забрызганный глинистыми каплями едва ли не по колено. Лошади в любом случае пришлось хуже. Но мысль о еще одной ночевке в сыром осеннем лесу под не прекращающим накрапывать дождиком вгоняла меня в такую тоску, что я весь день понукал меланхоличную скотину, чтобы скорее добраться до жилья.

Любой сеновал казался в сравнении отличнейшим вариантом.

Со входом проблем не было, бляха Корпуса открывала многие двери и ворота. Сложности начались, когда я нашел местный приютный дом, по обыкновению совмещенный с единственным, похоже, в этих местах трактиром. Тяжелое двухэтажное здание, крепко вросшее в землю, не требовало вывески, поскольку сладко-кислый запах пива и въевшийся в сами стены дух похмельных паров выдавали его назначение с головой, даже если не обращать внимания на нестройный хор мужских голосов внутри, немузыкально затянувший какую-то песню.

Кряжистый, как дуб, трактирщик, стоявший за массивной стойкой с уверенностью многое повидавшего человека, принял мои деньги без возражений и скликал шустрого светловолосого паренька, чтобы тот позаботился о кобыле.