Ведьмак

Чрезвычайно зашорено и консервативно, между прочим, думаешь, особенно для ведьмы, к которой тёмный люд относится точно так же, как ты к этой несчастной осе. А она, между прочим, в каком-то роде твоя коллега. Нечисть в округе изводит.

Но зачем бы ей позволять Ричарду её перевязывать, да ещё и пытаться с ней поговорить? Быть может, она уже заражена, уже носит внутри яйцо паразита. Потому и нужна живой, более того — убеждённой, что всё в порядке, чтобы не сделала что-нибудь с собой и с драгоценным потомством?

Откуда Джин знать, сколько времени прошло? Быть может, тварь уже успела найти самца и спариться с ним? А менестреля выцарапала из её воспоминаний.

Может, это и не он вовсе, а очередная иллюзия. Как и ошмётки нетопыря, всё ещё разбросанные по поляне. И Хугин. И…

— Слишком много совпадений и допущений, да? — участливо хмыкнул менестрель. Ничего удивительного, он всегда читал её, как открытую книгу. — Ну же, Джин, ты ведь умная женщина.

— «Я не враг, Джин Фитучера. Ни тебе, ни твоему рою».

— И под роем она подразумевает?.. — опасливо поинтересовалась ведьма.

— Человечество в целом. Они откладывают яйца в тварей, подобных той, на которую ты с самого начала и охотилась. Ими же и питаются. При встречах с людьми, как правило, заставляют забыть о своём существовании, и отпускают с миром.

— А ты как вообще здесь оказался?

— Ну неужели ты думала, что я оставлю вас без присмотра? Не смотри на меня так, я волновался за Хугина.

Джин поняла, что начинает верить этим двоим.

Она прокрутила в голове бой с осой. Ну как, бой… Свои попытки дотянуться до насекомого. Только сейчас до неё дошло, что с такой силой и скоростью противнице ничего не стоило бы разделаться с опустошенной ведьмой, даже не прибегая к контролю разума. Но оса пыталась успокоить её, пыталась поговорить.

— Прости, — произнесла она, обращаясь к осе. — Признаю, что была не права.

Часть четвёртая. Награда

За время, что Джин была без сознания, её магический резерв полностью восстановился, а потому она смогла перенести себя от поляны до дороги, не меняя положения тела.

Там они дали какому-то крестьянину среднюю монету, чтобы он доставил охотницу к местному знахарю на своей телеге. Тот поворчал, конечно, но любовь к деньгам всё же перевесила ненависть к ведьмам.

Оса осталась на полянке. Ей предстояло доедать остатки нетопыря и подавать особые сигналы, по которым её должен был найти самец. После спаривания в её теле вызревало от двух до пяти яиц.