Ведьмак

\

— Прошу, госпожа, — Тай Ши с поклоном поставила поднос на столик рядом с креслом и замерла у двери, в ожидании.

В дверях появился тигр.

— Ну как? — пройдя в комнату, и усевшись рядом, Бай-Ху взял каф и кивнул лисичке. — Садись, он-но Тай Ши.

Генельд поморщилась. Ей не нравилось, как тигр обращается с девушкой. Конечно, надо полагать, та виновата, но раз уж не убил сразу — так и незачем вести себя с ней, как с преступницей.

— У нас так принято, — сказал тигр. — Я мужчина, я воин, и я стою в иерархии Великого выше, чем простые оборотни.

Тай Ши Лин виновата. Ей не следовало оставлять храм, не испросив позволения Великого.

— Пусть так, — согласилась Генельд. — но сейчас и ты, и она в Кираке. У нас не принято так принижать женщину. Ты в ее доме, и ты гость.

— Я не гость, я посланник. — Бай-Ху отпил каф и внимательно взглянул на полуэльфку. — Но ты права, мы сейчас не в храме. Я постараюсь проявить снисхождение.

Видимо, это все, чего можно добиться.

Девушка пожала плечами, удивилась тому, что перестала ощущать себя так, будто по ней потоптались мираклийские тролли, отпила глоток кафа и прикрыла глаза. Хорошо... вот так бы и сидеть, ни о чем не думать, никуда не торопиться, ничего не решать. Вечность.

Тай Ши Лин, присев на низкий диванчик у окна, терпеливо ждала, согревая руки небольшой чашкой.

— Тайлин, — обратилась к ней Генельд, — могу я тебя так называть?

— Как вам будет угодно, госпожа, — лисичка так и не подняла головы.

Полуэльфка снова поморщилась. Так дело не пойдет.

— Генельд. Так меня зовут люди. И подними голову — ты невеста уважаемого купца, а я — всего лишь наемница.

Тигр хмыкнул, но промолчал, позволив Генельд продолжить расспросы.

— Так кто же ты?

— У нас на родине, в стране Кай-Тинь, нас называют кицу-нэ, — проговорила Тай Ши Лин. — Лисы-оборотни. Мы служим Великому — богу Ин-нари, богу рисовых полей и... торговцев. Поэтому я думала, что Великий не рассердится на меня — ведь я хотела помочь почтенному купцу.

Только помочь. Я обязана ему жизнью. Я не знала... — лисичка запнулась и покраснела.

— Не знала, что влюбишься? — мягко подтолкнула рассказ Генельд. Лисичка, опустив голову кивнула. Тигр тяжело вздохнул и прикрыл глаза, покачав головой. На суровом лице отчетливо читалось тоскливое раздражение.

— Рассказывай, — рыкнул он на лисичку. Та вздрогнула и поспешила продолжить.