Принц-Разбойник - 1

Вдоволь поплавав в Цинтре, один раз едва не получив хвостом по лицу от одной наглой рыбины, мальчик наконец выбрался на берег. Выплюнув всю лишнюю воду изо рта, по звериному отряхнувшись, он подхватил узелок с едой, что был повешен на ветку дерева, подальше от вездесущих насекомых. Люсьен мелких тварей на дух не переносил. И даже - только никому! - побаивался. Что может быть хуже, чем пауки? Только орава мерзких пауков, конечно же.

Засунув в рот краюху чёрного хлеба, обсасывая жестковатую корку, Люсьен полной грудью вдыхал запах леса.

Сбоку, там где жужжат пчёлы, притаился улик с медком. От дурманящего голову запаха потекли слюнки, удержаться вышло с трудом. Быть снова покусанным, как тот медведь из сказки, Люсьен не желал. В другой стороне пахло отнюдь не розочками. Один лось оставил свои желуди, да поскакал себе дальше. Мальчик представил, как охотится на такую махину, и перед глазами сразу замелькали образы. Учиться стрельбе из лука Люсьен пока не начинал, хотя возможность была, в Гаркене умели обращаться с этим инструментом.

Возможно, в будущем он найдёт время овладеть этой наукой. В жизни всякое случается, он может и поменять свое мнение, мальчик такое допускал, но сейчас не видел в стрельбе из лука что-то привлекательное. А вот кидать ножички бы поучился с удовольствием, да не у кого.

Разгрызая наконец-то упрямую краюху хлеба, Берсар принялся жевать кисловатый, но такой сытный сыр, что аж с пары ломтиков наестся можно на весь день вперёд.

“Вот бы ещё сравнить с изысканной стряпней в столичных ресторациях, для общей эрудиции так сказать” — пронеслась мысль.

В глубине души Люсьена пряталась страсть к красивой жизни, хотя и без неё он мог вполне быть доволен собой и окружением. Задорно бутсая камешек по дороге, он добрался до дома.

Сегодня была его очередь помогать деду в кузнице, и это было не только интересным делом, но и зело сложным. Что ж, ему не привыкать.

Из кузницы, что стояла на некотором отдалении от дома, валом шёл густой белый дым, и даже с улицы был слышен звон. Аккуратно, на цыпочках, пробравшись внутрь, мальчик принялся наблюдать.

Кузнец работал над металлом ножен, проковывая каждый миллиметр железа с поразительной размеренностью, не свойственной живому человеку.