Кальдур Живой Доспех III

Смог почувствовать запахи, услышать разговоры, увидеть лица.

И теперь он летел сквозь бесконечную пустоту тёмного неба.

Стальная плоть Мрачного Колосса перетекла в стальную плоть могучего зеркан, они были единым целым не только телами, но и разумом. Их объединённая сила казалась неудержимой стихией, которой не сможет остановить ничто в этом мире. И Кальдур совсем не испытывал страха перед высотой. Наоборот, как в свой самый первый полёт, он хотел хотя бы на секунду оказаться так близко к Её Царству, чтобы почувствовать его тепло.

Выше! Выше! Выше!

Он летал выше всех. Выше птиц. Выше гор. Выше облаков. Выше самых отчаянных из его братьев и сестёр. Когда-нибудь он хотел взлететь выше солнца.

Тёмное небо разверзлось перед ним. В его глубине, над облаками, в свете тусклых звёзд, он увидел нечто ужасное и неотвратимое. Настоящего левиафана, настолько огромного, что он вот-вот поглотит весь Небесный Дворец.

Ни секунды не сомневался.

Знал, что даже его ментальный крик, который точно услышат и братья, и сёстры, и сама Госпожа, уже ничего не изменит.

Но как пчела может остановить лошадь на полном скаку?

Ударить в глаз со всей силы. Всем, что есть. Самым страшным своим оружием. Даже если это будет стоит жизни.

Зеркан под его ногами дрогнул. Были у него битвы, страшные и беспощадные, сулящие смерть и забвение, где он шёл по грани вместе со своим всадником.

Есть ли у меня душа?

Что будет когда я умру?

Тонкие нити света заструились по его телу и по телу Мрачного Колосса. Иногда отделялись и отлетали в сторону, сплетаясь в причудливые снежинки, прежде чем раствориться в воздухе. Зеркан дрогнул снова, но только крепче стали объятия и неотвратимей курс. В самый последний миг, перед бездонными глазами левиафана, он наконец познал покой.

Тьма стала светом. Сначала ослепляющим и невыносимо горячим, и всего спустя секунду после этого — умиротворяющим и тёплым.

Он больше не летел по ночному небу. Не было у него ни доспеха, ни зеркан. Больше не нужно было умирать. В пространстве света напротив себя он увидел удаляющуюся фигуру женщины.

Госпожа повернулась к нему на секунду и склонила голову.

***

Он проснулся словно от прикосновения.