Интербеллум. Будет кровь

Он единственный не носил головного убора, демонстрируя всем начинающую седеть шевелюру.

— Вот и вы, мистер, — произнёс он, помахивая винтовкой Аркана. Старая, но проверенная временем модель — их миллионами в день выпускали все воюющие стороны. Кроме Лиги, само собой, — а кого это вы притащили с собой? Мы же договаривались обойтись без лишних глаз, или вы успели забыть наш уговор.

— Этот человек охраняет деньги, — Уэлдон старался говорить как можно спокойней, однако голос подводил его. — Без него мне отказались выдавать столь крупную сумму наличными.

— Я же говорил, парни, — обернулся к своим бойцам веспанец, — эти коротышки в своих банках грабят всех так, как нам и не снилось. На этот куш откроем свой банк, а? Как вам такая идея, парни?

Парни заголосили одобрительно, но я понимал: они бы согласились с чем угодно из сказанного главарём. Банк, так банк, раз он говорит — чего спорить-то, как бы себе дороже не вышло. Люди с длинным языком на этом свете не задерживаются.

— Где мои жена и сын? — спросил у главаря Уэлдон.

— А я хочу видеть свои деньги, мистер, — заявил в ответ главарь.

— Сначала женщина и ребёнок, — отрезал я, перехватывая инициативу. — Мы должны видеть их живыми.

— А захочет ли сеньора вернуться к своему мужу? — рассмеялся главарь. — Ей ведь и у нас неплохо пришлось, верно, парни?

На сей раз бойцы загомонили веселее, и Уэлдон не выдержал.

Этого я боялся всю дорогу — Уэлдон слишком долго держал под спудом свои эмоции. Когда у тебя крадут жену и сына, которых очень любишь, наверное, больше жизни, трудно держать голову холодной.

Скабрёзность главаря привела Уэлдона в ярость, и он не нашёл ничего лучше, чем кинуться на него с кулаками. Наверное, в молодости Уэлдон был неплохим боксёром — удар у него оказался поставлен, да и сбитые костяшки, не очень-то вяжущиеся с образом денежного мешка, я приметил ещё в первую нашу встречу. Кулак врезался начавшему оборачиваться главарю в скулу, отправив того в нокаут.

— Где мои жена и сын?!

Он попытался схватить одного из них за грудки, однако тот, подчиняясь рефлексу, вбитому в него бандитской жизнью, выстрелил от бедра. Всё произошло настолько быстро, что я не успел дотянуться до кобуры с «нольтом». Обрез дробовика рявкнул — звук выстрела приглушило тело Уэлдона, стволы упирались ему прямо в живот.