Интербеллум. Будет кровь

Оба его «майзера» валялись на полу, а левой ладонью он зажимал рваную рану от картечи на правом плече.

— Рамон Рохо твой родич? — спросил я, переступая через трупы. К сидящему на полу пижону я предусмотрительно не приближался. И следил за его руками.

— Дядя по матери, — голос у бандита был хриплым от боли.

— Проваливай к нему, — велел я, — и передай, что утром я приеду сам. Пускай ждёт меня через два часа после рассвета.

В ответ пижон рассмеялся, хотя слышно было, что смех причиняет ему боль, бередит рану.

— Сколько пафоса, — выдавил он. — Через два часа после рассвета…

— Ты слышал меня, — бросил я. — Проваливай отсюда, или мне тебя пинками погнать?

Он с трудом поднялся на ноги, всё ещё посмеиваясь, и захромал к по коридору на выход. За оружием даже не потянулся.

[1]Розалийский балкон или балконет — тип балкона, не имеющего собственной балконной площадки: ограждение устанавливается непосредственно в проёме с наружной стороны, прямо перед дверью. Возможен также вариант с площадкой, но очень узкой, достаточной лишь для того, чтобы можно было поставить ногу («выйти на балкон»).

ИНТЕРЛЮДИЯ

Рамон выслушал Эстебана и велел тому отправляться в лазарет. Тратить на непутёвого племянника аквавит были немного жаль, но кровь — не водица. Да и бойцов он потерял слишком много. К исходу ночи их осталось меньше десятка, а полностью здоровых и готовых драться лишь пятеро. Шестеро, если док поставит Эстебана на ноги до утра.

— Два часа после рассвета, — покачал головой хозяин гостиницы, старый сподвижник отца Рамона, накачивавшийся дрянным самогоном с самого начала ночи.

— Да, — кивнул Рамон, — заляжет на дно где-нибудь в городе и отоспится. А моим парням сон не грозит — будут караулить его. Bastardo. Он ведь был в руках у Мигеля, и тот упустил его.

Хозяин гостиницы «У северных ворот» рассказал обо всём Рамону, но веспанец лишь кивнул, принимая его слова к сведению. Сводить счёты со стариком было глупо, хотя и очень хотелось Рамону разбить эту ухмыляющуюся рожу.

Перестрелки в городе почти сошли на нет, и теперь Рамона беспокоил только этот ублюдок, перебивший столько его людей. Он бросил вызов Рохо и поплатится за это.