Наемник мертвых богов

Но если воин-маг, глава Боевого Ордена, Святая и Избранница Богов так единодушно напрочь забыли о присутствии вооруженных воинов и действуют, словно они совсем одни, это не может быть ни случайностью, ни помрачением рассудка. С ума сходят все-таки поодиночке. Нет, мы в своем уме. И все-таки мы почему-то не должны брать этих людей с собой.

«Вы нам не понадобитесь», – чуть не сказал я, но это звучало бы оскорбительно. Вместо этого произнес совсем другие слова.

– Вы останетесь здесь и, если понадобится, будете отвлекать от нас толпу.

Что за идиотский приказ! Воины нехотя кивнули.

– Открыть двери!

При виде нас толпа чуть подалась назад и уплотнилась. Я сжал покрепче рукоять меча и шагнул.

Из толпы вылетел первый камень. Он был брошен сильной и умелой рукой, и угодил мне прямо в грудь. Я видел его. Но я его не почувствовал! Камень отскочил от меня, как детский мячик от стены.

Не успел я удивиться, как на нас посыпался град камней. Толпа состояла не из одних только дураков, и никто не горел желанием вступать с нами в бой.

– Что это значит? – изумленно спросила Халлис.

В воздухе свистнула стрела – и отскочила от ее волос. Я засмеялся.

– Пойдем отсюда! – я взял Ахатани за руку, перешагнул через камни и спокойно пошел на толпу.

Какое-то время в нас еще швыряли камнями. Один из камней отскочил прямо в лоб какому-то верзиле. Глядя, как он падает, я мельком подумал: «Поделом!»

– Чудо! – завопил кто-то, и после минутного колебания толпа истерически подхватила возглас. Перед нами расступались с тем же усердием, с каким только что пытались прикончить.

– Бессмертные... – шептали в размыкающейся толпе, – бессмертные... бессмертные.

– Что это такое? – тихо спросил меня Тенах.

– Ты же слышал, что люди говорят. Бессмертие. Я полагаю, это ненадолго.

Остается добавить немногое. Тенах в тот же день сложил с себя сан, оставив за собой только командование Боевым Орденом. Монастырь не был в восторге от идеи доверить столь важный пост мирянину, но им пришлось проглотить свое недовольство: Орден не потерпел бы никого другого. О, конечно, донос в столицу был отправлен, и я даже догадываюсь, кто именно повез депешу. Но она ничего не изменила.