Княжий сын. Отцовский меч

Пашка молодец, что удар сдержал, его еще расспросить надо будет. Мало ли, вдруг у банды ухоронка есть где-нибудь в лесу. Кстати, как добычу делить будем?

Обращался он будто бы ко всем, но явно намекал на то, что решение принять должен именно я. Но почему? Во второй раз уже за сегодня: сначала обязанности распределял, теперь вот трофеи… И в первый раз парни перечить не стали, а сейчас? Ведь и обидеть нельзя никого...

- Я думаю, - прохрипел я все еще не восстановившимся голосом. - Что ты, Игнат, должен забрать все у лучника, и у того, которого взяли живьем.

С одной стороны, я забирал себе самое ценное, ведь одна только воинская куртка, которую носил лидер ватажки, очень дорого стоила. Пусть даже она сейчас в крови, но можно будет отстирать все в ручье, пока не запеклась. А еще меч. Хоть у меня и были сомнения в его качестве, но это все равно был настоящий меч, а не охотничий тесак, как у остальных: без гарды, с односторонней заточкой и совершенно непригодный для колющих ударов.

А с другой – каждый получал имущество того, кого убил. Ну или поспособствовал в убийстве, как в случае с Ромкой. Уж, если это не справедливость, тогда я не знаю, что это такое.

- Согласен, - выдохнул Пашка и снова радостно заулыбался. - Если б не Игнат, мы сейчас в лучшем случае шли отсюда лесом, а скорее всего, мертвыми лежали бы.

Ромка, как обычно, ничего не сказал. Игнат же кивнул и посмотрел на меня с явным одобрением. И я был уверен, что оно вовсе не связано с тем, что львиная доля добычи оказалась в его собственности. Похоже, мне удалось сделать все правильно.

Игнат подошел к связанному разбойнику, все так же держа в руках мех с водой. Сначала я подумал, было, что старик окатит мужика, дабы привести его в себя, но он только ткнул бандита в раненое бедро.

Тот дернулся и попытался закричать, но засунутая глубоко в рот свернутая тряпка не дала ему этого сделать. Впрочем, ватажник быстро затих, похоже, осознав в какую ситуацию угодил. Четверо из его дружков уже лежали обобранными трупами посреди поляны, а о судьбе остальных он ничего не знал. А даже если с ними все было в порядке, то рассчитывать на их помощь не приходилось.

- Ну что? – спросил у пленного Игнат.