Идущий в темноте

Но если не получится, то придется все делать самому, а значит, мне нужно стать сильнее, - сказал Бенедикт, а затем посмотрел на скелета, что в парке общался с тем монстром. – Ничего. Существуй, пока можешь. Недолго тебе осталось…

***

Когда Бенедикт ушел и отправился куда-то, Гаурун лишь покачал головой, провожая своего ученика взглядом.

Поручить ему убрать за собой мусор было хорошей идеей, но вот что-то пока не получается наставить глупого мальчишку на истинный путь. Он-то надеялся, что жажда мести сподвигнет юнца действовать решительно и разожжет в нем дух бойца, но как-то не получается.

- Кажется, зря я его в ученики взял…

Поначалу ведь все казалось весьма неплохим.

Бенедикт из рода Бредли был младшим сыном в семье и имел с рождения плохое здоровье. Он часто болел, и его будущее было под большим вопросом. Он даже вряд ли бы до совершеннолетия дожил, так говорили врачи. Но мальчик держался на силе воли и работал над собой. И когда его время подходило к концу, он все же не сдался.

Нанял группу наемников, добрался до Дункельхайма… А потом принес их в дар вампирам в обмен на обращение.

Один слабый, харкающий кровью мальчишка вырубил полную команду недоверчивых, битых жизнью авантюристов. Да, с помощью подлости, заранее купленного яда и разнесшей его магии воздуха, но все равно.

Решимость, хладнокровие и жестокость, достойные уважения. Именно из-за них Гаурун не доверил обращение парня какому-нибудь Мастеру-Вампиру, что могли иметь сотни птенцов, а сам сделал мальчика своим учеником.

- Но кто же знал, что так получится, - покачал головой Рыцарь Драконьей Крови.

Бенедикт, лишившись стимула в виде страха смерти, полностью растерял весь свой потенциал и показал себя с «настоящей» стороны как ленивого дуралея, обычного богатенького мальчика, который хотел не быть великим, а просто жить и наслаждаться своим положением. Сопляк вовсе не желал быть вампиром, а просто хотел их силу, здоровье и власть, но никак не принимал их сущность.

Сам факт того, что он брезговал использовать когти и вообще толком не проникался дикой страстью битвы, уже говорит, что в нем слишком много «человеческого». От такого нужно избавляться.

Артемий Гаурун же стал вампиром отнюдь не обратившись в такого, а выгрызал свою силу будучи жалким трупоедом, сопротивляясь безумию и голоду. И, еще, будучи таким, он стал стригоем – тварью, что охотится на вампиров.