Сын кузнеца

Схватив пахаря за шиворот своей целой правой рукой, сын кузнеца откинул его назад с криком:

- Захару уже не поможешь! Людей уведи!

Пахарь немного расшевелился и пополз в сторону. В то же время незнакомец поднялся на ноги и изобразил на лице толику удивления. Это стало понятно, после того, как его глаза вернулись на место. Он повернул голову в сторону Добрыни и стал пристально его изучать. Что будет дальше не понимал никто, однако, животная аура, исходившая от чужака не предвещала ничего хорошего. Сжав меч покрепче, Добрыня приготовился к бою.

Как только кожа незнакомца начала обретать стальной окрас, юноша незамедлительно нанес сильнейший удар мечом по макушке лысой головы. Несмотря на иммунитет к сложностям кузнечного дела при ковке, руки пробила огненная боль, в глазах тут же заиграли искры. Меч просто раскололся на две части, иноземец же даже не шелохнулся. Его ответ не заставил себя ждать. Точный и резкий удар пришелся прямо в область живота. Крепкий пресс совершенно не помог. Добрыне даже показалось, что он рассыпался.

Сильнейшая боль настолько глубоко пронзила организм, что ему даже перестал требоваться кислород. Дыхание сбилось. Тело крепкого парня завалилось на землю. На глазах появились слезы, шевелиться не было сил.

- Прочь от него, дьявольское отродье!

Добрыня узнал за спиной этого монстра силуэт отца. Переживание за родного человека открыло в нем второе дыхание. Изо всех сил он начал подниматься, чтобы защитить папу.

Чужак поднял осколок с острием меча и двинулся в сторону кузнеца.

Его шаги были плавными, уверенными и четкими. Иван попятился назад, всем своим видом показывая недоумение. Было видно, что он растерялся. Упершись в деревянную изгородь, кузнец полностью оцепенел.

Добрыня нагнал чужака в метре от отца, крепко схватил его за шею правой рукой и дернул назад на себя. По всем ощущениям сложилось впечатление, что это существо весило как три, а то и четыре бочки с водой, что он носил от озера. Пришелец полетев назад, заваливаясь влево от юноши, успел садануть того локтем в бок.

Дыхание снова сбилось, послышался хруст костей. Кровь будто впитала в себя электрический разряд. Отскочив от незнакомца, Добрыня прохрипел:

- Заливай яму! Все что есть запихивай! Я его приведу.

Кузнец тут же ломанулся в сторону кузни, во время бега явно вспоминая молодость.

Когда чужак встал, сын кузнеца уже медленно, но верно двигался в сторону кузни. Каждое движение давалось с трудом, через преодоление сильнейшей боли.

И ведь даже не спешит за мной.