Воронов дар. Играя с судьбой

В ответ он только скривился, потом нехотя буркнул:

— Что?

— Какая у тебя категория по шкале чаромера?

— Ага, так я тебе и сказал, — снова скривился Григанский.

— У меня средняя-третья, — спокойно сказал я, внимательно изучая его реакцию.

От того, что он узнает мою категорию, ничего не изменится, да и за неделю подготовиться так, чтобы превзойти меня по силе, вряд ли сумеет. Но вот посмотреть на его реакцию и выяснить, какая же категория у него, мне очень хотелось. Потому что я должен знать, к чему готовиться.

— У меня больше, — выпалил он, но я конечно же не поверил.

Григанский вернулся за следующей стопкой книг, и теперь он решил спросить:

— Нашёл секунданта?

— Пока нет, — спокойно ответил я.

— По кодексу дуэли, если у одного из участников нет секунданта, дуэль не может состояться.

— Мы поклялись на роду, дуэль не может не состояться, — усмехнулся я.

— Тогда ищи быстрее, — зашипел он, — у тебя осталась всего неделя.

На самом деле отсутствие у меня секунданта из-за родовой клятвы была проблемой для нас обоих. Потому что, если мы поклялись, а клятву не исполнили, отменить её сможет только глава рода. В моём случае — это отец, в случае Борислава, князь Шаранский, в чей род входили Григанские. А если клятву не отменить, обоим родам придётся несладко, предки начнут беспокоиться, бунтовать, даже могут лишить нас родовой силы.

— Неужели ты настолько жалок, Гарван, что никто даже не хочет быть твои секундантом? — снова зашипел он на меня.

— Я пока в поисках.

— Ищи быстрее, Гарван. Если ты задумал выкинуть то, о чём я подумал, я буду это расценивать, как отказ от дуэли. И поверь, тогда о том, какой ты трус узнают все.

Я промолчал, спокойно подав ему очередную стопку книг.

— А как насчёт Быстрицкого? — спросил я, когда он вновь вернулся.

Борислав нахмурился, напряжённо выпрямился:

— Глеб мой друг, если ты не забыл! — возмутился он. — С чего это вдруг он должен быть твоим секундантом?

— Это ведь нужно нам обоим, — пожал я плечами.

— Не боишься, что он может не заметить на мне какой-нибудь артефакт? — усмехнулся Борислав, кажется, он вдруг понял, что ему такой расклад даже выгоднее, если будет возможность схитрить. Но чёрта с два он угадал.

— Нет, не боюсь, — снисходительно улыбнулся я. — Быстрицкому тоже придётся поклясться на роду в том, что он отнесётся к делу ответственно и будет во время дуэли на моей стороне.