Воронов дар. Играя с судьбой

Пока мы шли по коридору, прозвенел второй звонок. Мила молчала, а мне казалось, она хочет ещё что-то сказать, но не решается. Я заметил, что моё присутствие в принципе её смущает. Можно бы было списать на робость, но я понимал, что здесь кроется нечто другое. Мила оказалась под влиянием Жанны Клаус, которая наверняка успела ей наговорить про меня гадостей. Но и в то же время я знал, что Мила не такая и вряд ли её так легко удастся настроить против меня.

Мы пришли в класс самыми последними, у доски уже стоял Артемий Иванович, он едва заметно неодобрительно качнул головой, мол, нехорошо, княжич, опаздывать в первый день.

Мила поспешила занять место, неприятно меня удивив. Она сидела на том же самом месте, где когда-то сидела Элеонора. Но не это меня рассердило — Мила сидела с Бориславом Григанским.

Нас всегда рассаживали парами: мальчик-девочка. Парты у каждого были отдельные, но все равно шли группами в три ряда. Я раньше сидел на третьей и последней парте с Лидией Щербаковой — невзрачной и практически нелюдимой дочерью довольно состоятельного пожилого графа.

Но сейчас Лидии в классе не было, а место рядом со мной пустовало. Может это, конечно, и к лучшему. Но вот то, как изменился мой класс, мне не понравилось. Даже здесь я умудрился всё изменить.

В классе нас было немного, всего четырнадцать человек: семь мальчишек и семь девчонок.В прошлом все мои одноклассники окончили школу. А теперь не стало Элеоноры. И ещё я заметил, что некоторых учеников нет на местах.

Отсутствовала моя соседка по парте, и мой друг, которого я так надеялся увидеть — Илья Демин. Неужели и его родители забрали из школы из-за того случая с Элеонорой?

Пока шёл к парте, поймал на себе презрительный взгляд Григанского. Он, видя, что я на него смотрю, почесал за ухом и высунул язык, подражая собаке. Я в ответ лишь одарил его холодной, хищной улыбкой. Ну-ну, пусть продолжает кривляться в том же духе — слизень. В школе использовать чары может быть и нельзя, но зато вне школы можно.

— Итак, господа, — задорно улыбнувшись, начал Артемий Иванович. Лицо его буквально светилось от энтузиазма и желания начать урок. Редкий учитель настолько любит свою работу, и я в очередной раз убедился, что нельзя менять его будущее. — Вскоре вам предстоит сдавать выпускной экзамен. Моя же задача подготовить вас к поступлению в высшие учебные заведения. И вы, как ученики Варгановской школы, не должны ударить в грязь лицом.