Воронов дар. Играя с судьбой

— Сначала я решила, что возможно на тебе был какой-то защитный артефакт, скрывающий твою истинную сущность. Но потом я вспомнила наш разговор в капсуле гиперпетли, и после уже в доме колдуна. Ты слишком многое понимаешь для юноши, да и даже ведёшь себя и говоришь не так, как твои ровесники.

— И? — подтолкнул я её к хоть какому-нибудь умозаключения.

— И, — Инесс перестала ходить по комнате, резко остановилась, вскинув палец к потолку, — ты или чёртов гений, или ты не юнец, а только им прикидываешься.

— Молодец, — широко улыбнулся я.

— Что молодец? — растерялась она. — Так ты гений или?..

— Может и гений, кто знает? — шутливо протянул я.

Инесс молниеносно оказалась рядом, уселась на пол прямо у моих ног, положила руку на моё колено и почти моляще заглянула в глаза:

— У тебя есть эликсир бессмертия? — тихо и с придыханием, вкрадчиво спросила она.

Я громко расхохотался.

Красивое лицо графини сначала застыло в замешательстве, а после брови сердито сошлись на переносице.

— Зачем тебе эликсир бессмертия, Инесс, ты ведь и так бессмертна? — не мог я перестать смеяться, запоздало поняв, что слишком резко перешёл на «ты».

— Нужно быть дураком, чтобы не попытаться заполучить то, за что любой правитель мира падёт перед тобой на колени и будет умолять, желая его заполучить, — жёстко ответила Инесс, стукнув меня ладонью по колену.

— Тогда вынужден тебя разочаровать, эликсира бессмертия у меня нет.

— Тогда что же? Расскажешь. — Последнюю фразу она произнесла больше как требование, чем вопрос.

— Расскажу, — легко согласился я, — всё равно завтра ты обо всём забудешь.

— Это ещё почему? — заинтересованно спросила Инесс, придвинувшись ко мне так, что её тёплая упругая грудь уткнулась в мою ногу.

— Я из будущего, — спокойно начал я объяснять. — Там, в будущем я умер, но с помощью родового артефакта вернулся в прошлое в своё четырнадцатилетнее тело.

Инесс изумлённо округлила глаза, какое-то время сидела, замерев и осмысливая информацию.

— Что это за чары? Я о таком не слышала никогда. И почему я ничего не вспомню?

Я устало вздохнул:

— Так работает время.

— А если записать?

— Нет, это первое, что я попробовал, записи исчезают.

Инесс разочарованно поджала губы, отодвинулась от меня.

— И сколько же тебе на самом деле лет, Ярослав Гарван?

— Тридцать девять.

Инесс хищно и соблазнительно улыбнулась:

— Значит, мы с тобой похожи, княжич.