Верравия 2. Сумеречный пет

Он сидел в окружении трех старцев – тысячников, если судить по броне верхней части рук, сделанной из адаманта. Толстый, длинноносый, но одновременно с живым, не потерявшим еще страсть к удовольствиям лицом. Конечно, его трон по размерам не шел ни в какое сравнения с сидалищем Отца, но по великолепию, пожалуй, превосходил.

Сотники расступились, давая нам пройти к самому трону. Один из тысячников, ушастый гно с залысиной и такой огромной щербиной между верхними зубами, что там бы при желании мог проплыть атомный ледокол, что-то шептал королю.

Из обрывков фраз я услышал лишь: «моя девочка» и «Эу». Надеюсь, что это отец Прыг-скок, а не престарелый супруг. Конечно, не мое дело, просто за гномиху, то бишь гно, обидно. 

– Кто ты и как оказался в моем городе? – Вместо приветствия спросил Дриин.

– Меня зовут Крил. Я… посланник Отца.

Гно в зале заметно оживились, даже щербатый тысячник не сдержался и зашептал что-то своему бородатому соседу. Король взял бороду в кулак и слабо подергал, явно раздумывая над моими словами.

Я выпрямился, сделав грудь колесом. Сейчас меня будут чествовать, раздавая награды и ордена.

– Расскажи о себе.

Я начал благодушно врать. Вернее, правду говорил, временами. Но она касалась только игры. Получалось, что я таок, прибывший издалека. Волей Отца и его сына Лока прошел всех трех Стражей и завладел артефактом. Это если очень сократить мой рассказ.

– Ты человек, – презрительно дернулась губа Дриина, словно он провел пальцем по стеклу, размазывая пойманную муху.

– А они низкие, коварные существа. Я вижу на твоей груди великий артефакт, – его толстый палец ткнул в ключ Отца, который я успел повесить на цепочку, – но откуда мы знаем, что ты его не украл? Есть ли кто-либо, кто докажет, что именно ты не самозванец?

– Вот те здрасьте, – внутри просыпалось гадливое чувство. Похоже, все будет не так просто, как я думал. – Мне что, мамой поклясться?

– Не произноси ни слова о Матери в этих чертогах! – вскочил на ноги местный правитель.

Дриин рявкнул так, что колени подкосились сами собой. Не хотелось бы попасться в руки рассерженному гно, а в крепкие хваталки подгорного короля тем более. Надо было срочно реанимировать мою подмоченную репутацию.

– Простите, Ваше Величество. Я имел в виду свою маму, а не… ту, – показал пальцем я наверх.

Тысячники помогли усесться Дриину на место, а он, немного отдышавшись, продолжил уже более спокойно.

– Ее имя запретно в Бампасе уже полторы сотни лет.