Крысобой

Я до этого давно не виделась с ним, с того дня, как его назначили наместником. Он передал, что откроет окно в своем кабинете наверху. И вот теперь я чуть не каждый день летаю.

Я посмотрел на высокие окна верхнего этажа дома наместника. Одно было открыто, несмотря на холод.

— Приятно, когда чувствуешь себя нужной, — сказала Фреха. — Но в политику я лезть не хочу.

Это пока. Временно. Не заметишь, как затянет.

Она пожала плечами и сказала:

— Приведи себя в порядок и иди. Я здесь подожду.

Подождешь?

— Интересно же, что он тебе скажет, — Фреха подняла и опустила одну бровь.

Я прошел через конюшни. Кивнул Марвину по-хозяйски в ответ на его крик «Утро доброе, господин!» Двое конюхов наместника низко мне поклонились. На выходе из конюшен со стороны двора наместника стражник в рогатом шлеме вытянулся по стойке смирно.

Надо научить их щелкать каблуками и брать алебарду на караул.

У входа в дом стоял пожилой мужчина в черном балахоне. Он слегка поклонился.

— Господин наместник ждет тебя наверху, Кранц, — сказал он, неожиданно протянув мне обе руки.

Я двумя руками пожал их крест-накрест. Этот жест получился у меня автоматически.

— Ты наверное, не помнишь меня, — шепнул он, наклонившись к уху. — Зови меня Берт, я личный лекарь Риффена.

Я кивнул ему с благодарностью, вспомнив, что по официальной версии меня поставил на ноги именно этот лекарь.

Он мягко улыбнулся и незаметно мне подмигнул.

Передо мной открыла дверь моложавая курносая женщина крепкого телосложения.

Она кивнула мне, наклонившись чуть сильнее Берта, но лицо ее не выражало никакого радушия, в отличие от него.

Я поднялся по каменным ступеням на третий этаж. Обстановка оказалась очень скромной, ничего лишнего.

Наместник Риффен стоял спиной к открытой двустворчатой двери кабинета прямо напротив лестницы.

Я вошел. Он махнул рукой, чтобы я закрыл двери. Когда я сделал это, он обернулся. Одет он был в простой черный комбинезон из шерсти. На ногах такие же высокие ботинки на шнуровке, как у меня.

Наместник снял капюшон.

Его лицо показалось мне смутно знакомым, я поклонился.

— Иди сюда, Крысобой, — низким голосом сказал Риффен, раскрывая объятия. — Дай я тебя обниму, чертяка.