Крысобой

Эти бойцы походили на Люка и Болтуна, но на сто процентов я бы не поручился, потому что не помню, чтобы у них был конь казарбов, нагруженный каким-то тюком, похожим на толстый ковер.

Я равнодушно отвернулся и заговорил с двумя женщинами о погоде и этой треклятой ночной сырости.

К нам неспешным шагом подъехал Марвин.

— Где ты ездишь? — спросил я.

— Провожал коменданта домой, — скромно ответил он.

Я попрощался с женщинами, махнул на прощание Крюку и двум часовым на башне, и мы с Марвином выехали за ворота.

Мы долго ехали шагом по основной дороге в сторону Эртуза, искоса поглядывая на Люка и Болтуна, степенно скачущих к холмам.

— Все прошло гладко, — отчитался Марвин, улыбаясь. — Мы начали подниматься по боковой лестнице на стену, когда комендант вдруг упал и потерял сознание. Там тень, ни черта не видно. Смотрю, его уже упаковали в мешок какие-то темные личности.

Я усмехнулся. Рука у Люка тяжелая, особенно если с кистенем.

Когда форт пропал из виду, мы съехали с дороги и быстрой рысью догнали парней.

Через пару часов у подножия одной из высоких гор в багровом свете вышедшей из-за туч полной луны, мы остановились и распаковали коменданта. Понемногу он пришел в себя и сел, озираясь.

— По моим сведениям из надежного источника, — начал я строго. — Ты, вор, негодяй и подхалим, мечтал вернуться в Трамант после ссылки в форт. Поэтому, чтобы выслужиться, разнюхивал разные секреты Риффена и доносил своим хозяевам из числа приближенных императора.

Глазки его забегали, рыхлый подбородок задрожал, но кричать бесполезно, никто не услышит, кроме хонгора.

— Вы ничего не докажете, — злобно сказал он. — Я буду жаловаться на ваше самоуправство.

Говорит так, словно у нас тут правовое государство. Еще адвоката потребует.

— Назовешь имена, кто тебе доносил — тогда получишь шанс, — продолжал я. — Отделаешься тюрьмой.

Несмотря на то, что местные ругательства я знал, но они звучали, как абракадабра, так что я ничего не понял из того, что вылетело из его рта.

Марвин вытянул коменданта плетью, тот завыл и кинулся бежать.

Марвин покачал головой.

— Вот идиот, — сказал он. — Что с такого возьмешь.

Мы с интересом смотрели, как он карабкается вверх по склону, чертыхаясь и падая.

— В Трамант хочет, — съехидничал Люк.

— Пешком через горы и по воде, — сказал Марвин.

Болтун мрачно смотрел, не сказав за весь день и пары слов.

Хонгор спикировал стремительной тенью и ударил клювом по голове коменданта. Тот сразу обмяк и повалился на землю.