Крысобой

— Чуть не забыл. Ты можешь забрать у моих парней все арбалеты. Здесь они новые получат, а вам пригодятся. Главное, выдай их самым надежным бойцам.

— Хорошо, Кранц. И спасибо.

— Да какое спасибо, командор. Мы же одно дело делаем.

Мы пожали руки.

На площади завернули к аптеке.

Мара, свежая и выспавшаяся, обняла Арму и забралась на свое место впереди. Она помахала Фрехе.

— Увидимся, — сказали они хором и улыбнулись.

— Я собираюсь в Эртуз, — сказала Фреха. — Сказать Тине, чтобы возвращались. И поговорю с Лианой, узнаю, что нового слышно на той стороне пролива.

— Хорошо, — ответил я. — Будем ждать тебя с новостями в базовом лагере.

У главных ворот нас уже ждал Книгочей с несколькими лошадьми казарбов и еще четверо новых бойцов, которых отобрал Зоран. Я попросил самых лучших и надежных.

Мы запаслись провизией на рынке у ворот и выехали из крепости.

По дороге скакать было не очень удобно. Бойцы Юстига и Катона, солдаты гарнизона и стражники, образовав несколько похоронных команд, сортировали на грязном снегу оружие, повозками вывозили трупы казарбов и их коней.

Я остановил отряд у длинного ряда погребального костра и снял шлем. Парни тоже сняли шлемы, а Мара взяла в руку свой амулет. На стене били барабаны, красно-желтые знамена развевались на холодном ветру. Искры и пепел улетали в серое небо.

Мы повернули и объехали поле битвы справа, чтобы напрямую выйти к темнеющему в пасмурном небе черному джинну из вулкана.

Люк издал победный клич, парни его подхватили и мы легкой рысью поскакали навстречу новому дню.

24

Форт, показавшийся на горизонте, напомнил мне об одной проблеме.

У коменданта было прямое сообщение с Трамантом с помощью почтовых птиц. И я не считал его своим союзником. Не только из-за того, что он — шурин начальника порта Траманта, но и чисто интуитивно подозревал какую-то измену. А интуиция Бешеного пса подводила редко.

Впрочем, зачем ходить вокруг да около, Лиана мне кое-что рассказала из того, что ей удалось выяснить через свои связи в метрополии.

Риффен попросил меня передать для отправки в метрополию письмо, которое мы составили вместе — предварительный отчет о сражении. С известием о тяжелейшей утрате, постигшей Империю, в лице ее славного командора Юнгира Юстига, павшего на поле брани, как настоящий герой. «Покойся с миром».