Ворон

Это не говоря про монополизированный гильдией рынок ингридиентов, львиная доля которых добывается с тех же монстров.

Искатели имеют после заданий и дележки с гильдией лишь крохи добытого, со специальными сертификатами.

Вольный же наемник, всю добычу забирает себе.

Да, продать добычу без сертификатов проблематично, но мир огромен и всегда найдется хитрый торговец, что радостно скупит кишки какой-нибудь наги или пучок яиц гоблинов.

Поэтому, вольных наемников и убивали... Ровно как и тех, кто посмел их нанять.

За что? За пособничество в развитии разбойных групп.

Это, официальная версия.

По этой причине парня и увели из трактира в конюшню от лишних ушей.

Он спокойно стоял у створки, поверх которой высунул голову запертый жеребец, и гладил коня по могучей, но довольно худой шее, слушая шум дождя.

Парень нисколько не боялся эту троицу, скорее они его. Уже по шрамам было понятно, что тот далеко не простой юноша. И это была чистейшая правда.

Мужчины косились на его вороные ножны меча, с жаром обсуждая между собой предстоящее нанимательство.

— Ладно, у нас и выбора то нет. — сдался наконец лысый и повернулся к парню. — Тебя как звать? Раз уж все рискуем, хоть побратаемся.

— Римус Даруда, можно просто, Ворона или Рим. — пожал плечами парень, нисколько не таясь. Все его родные уже как десять лет в земле.

— Меня Кифор кличат. — представился Амбал. — Сын старосты и теперь... глава деревни.

Лысого звали Диком, а бородача Симон.

— Итак, кто вас сожрать пытается? — спросил Римус, хрустнув шеей. — В зависимости от бестии, обговорим цену работы.

Видя как мужики напряглись, он хохотнул:

— Расслабьтесь, я не гильдейский крохобор. Сам с деревни родом и все понимаю.

— С какой? — полюбопытствовал Симон и получил затрещину от Кифора.

— Не наше дело. — прошипел амбал. — Парень и так рискует, а ты тут допрос ведешь.

Кифор вздохнул:

— Гоблины клятые гнездо свили. Голов двацтать видели, не меньше.

Парень призадумался и спросил:

— Сколько девок утащили?

— Дык ни одной. — вздохнул Дик. — Припасы жрут как хер знает кто. Поля помяли, саженцы поели. Картошку и вовсе, всю схомячили. Тьфу.

— Как давно началось это? — спросил Римус уже максимально серьезно.

— Дык с недели полторы уже. — Симон повернулся к Кифору. — Староста ж неделю как сгинул? Тогда три дня было.