Теория войны. Стратегическое отступление

Так как я не позаботился о том, чтобы приготовить противовес, пришлось довольствоваться одним мечом, что существенно снизило мой арсенал доступных упражнений. Перебрав в уме основные, я остановил свой выбор на «веере». Оно поможет, как следует разогреться, да и ведущую руку начнёт напрягать так, как мне было нужно.

Вытянув руку с зажатым в ней мечом вперёд, я начал выписать первую дугу. Упражнение было несложное, но довольно монотонное. Я сам не заметил, как начал впадать в некое подобие транса.

В какой-то момент камни на рукояти меча вспыхнули, и я ощутил, как по моей руке, которая продолжала описывать дуги, пробежали сотни мурашек, концентрируясь в кончиках пальцев. Это было так неожиданно, что я сбился и потерял концентрацию. Мурашки исчезли, а дуга ушла в пике, и я едва удержал меч, чтобы клинок не вонзился в землю.

Тяжело дыша, я остановился, пытаясь понять, что же это было, и тут меня отвлёк хруст сломанной под чьей-то ногой ветки. Резко развернувшись, я увидел попятившуюся Эмили, которая не сводила с меня взгляда.

— Как давно вы здесь стоите? — резко спросил я баронессу, мысленно пригрозив обеспечить весёлую жизнь охраннику, позволившему прервать моё уединение.

— Достаточно давно, чтобы ничего не понять, — пролепетала Эмили, украдкой поглядывая на мой обнажённый торс, покрытый каплями пота. — Что вы только что делали, ваше высочество?

— Я пытался тренироваться, а на что, по-вашему, были похожи мои упражнения?

— Но ведь для тренировки вам нужен был партнёр? — Эмили продолжала пятиться, пока не упёрлась спиной в куст, на котором висела моя рубашка.

— Это вовсе необязательно, — я всё ещё не мог прийти в себя и как следует отдышаться. Мой взгляд постоянно останавливался где-то в районе её декольте, весьма скромном, но не мешающем работать моему воспалённому воображению. Я решительно подошёл к ней и протянул руку, чтобы снять рубаху, но рука почти вопреки моей воли легла ей на талию, и я рывком притянул девушку к себе.

— Я знаю, ваше высочество, — она попыталась вырваться, но я держал её крепко. Выронив меч, второй рукой я обхватил её голову и усмехнулся. Баронесса, увидев мою ухмылку, снова попыталась освободиться. — Но это не значит, что не попытаетесь.

— Нет, — согласился я. — Вовсе не значит, вы правы. — И я её поцеловал. Жёстко, требовательно.