Ловец знаний

А может, просто в семью бродяг, которым не сиделось на месте и они предлагали людям, что могли.

Дабы прояснить детали, я отправился вместе с Гораном, когда он пошёл договариваться со старостой. До этого момента я уже несколько раз вставал, чем вызвал большую радость у матери и скупое одобрение у мужчины.

— Ты куда это? — поинтересовалась она.

— С ним хочу, — глянул я на неё, постаравшись принять невинный вид.

— Зачем?

— Надоела повозка, — честно выдал я и, пока она не нашлась с аргументом, рванул за Гораном, который успел отойти.

Рванул — это сильно сказано. Заковылял — поточнее будет. Тело ещё плохо меня слушалось. То ли из-за болезни, то ли из-за кривой интеграции.

Горан и не заметил, что я за ним пошёл. Привык к тому, что валяюсь в повозке, никуда не выбираюсь.

— Горан, — вскинул руку старик, он же староста.

Самый обычный дед, замечу. Он не пугал одним своим видом, не разваливался на части, не пах древностью за милю.

— Саво, — махнул Горан в ответ. — Найдется работенка для меня?

Раз знают друг друга, значит, Горан здесь не первый раз, давно занимается этим делом и успел исколесить.

— Сам знаешь, что найдется. Столб говорит, что будет две ночи. Задержишься у нас? Лишняя пара крепких рук не помешает.

— Две ночи? — задумался Горан, — Почему бы и нет. Если место для нас найдешь да накормишь, договоримся.

— Накормлю, как не накормить. А это помощник твой? Не рановато ему? — глянул староста на меня.

Горан обернулся и только сейчас заметил, что я у него за спиной стою.

— Карандаш? Что ты здесь делаешь?

Я вздохнул. Судьба жестока ко мне. Кто придумал настолько идиотское имя? Какой карандаш, чтоб вас все знания мира стороной обошли?!

В имени имелся смысл. Моя память продолжала чудить. Иногда всплывали знания, которые точно мне не принадлежали. Так было и с именем. Карандаш — это какой-то камень, который добывали далеко отсюда. Ценился за крепость. По цвету темный, как уголь.

Зачем называть ребенка именем камня? Кто бы мне ответил. Зачем называть камень карандашом — тоже вопрос хороший. Но тут какое дело... Это для меня на местном языке звучало так. Для аборигенов то было совсем другое имя. Камень как раз.

— Послушать пришёл, — здесь и сейчас я не видел смысла врать.

— Мал ты ещё, иди к матери, — нахмурился Горан и повернулся к старосте. — Это племянник мой. Его отец... — тут он снова глянул на меня. — История долгая.