Ловец знаний

Две силы то и дело норовили смешаться.

Как оно часто бывает, я видел несовершенство процесса, дар эарца давал подсказки. Но это не особо помогало.

Чувствуя, как по лицу скатывается пот, как тело сводит от напряжения, я пытался раскрутить чужеродную, мертвую силу. Всего капля, но как же это было трудно. Во внутреннем пространстве не было расстояния. Это был комплекс ощущений, едва уловимых и осязаемых.

Получаться начало тогда, когда я стабилизировал ядро. Постепенно чужая сила набрала скорость. Я её раскрутил и заставил вращаться, а потом нанёс удар в слабое место.

Сколько это продолжалось, не берусь сказать. Стоило разобраться в процессе, и стало полегче. Но едва я перевалил за десяток «разъединений», как нагрузка выросла раза в два.

Пусть обрушится на меня невежество, если не справлюсь!

С этой мыслью я бросил всего себя на очередной виток борьбы за жизнь.

Глава 21.

Когда практика закончилась, я свалился на пол, где и растянулся. Перед глазами расплывались круги. В животе поселилось ощущение, будто я съел что-то протухшее, меня начало тошнить, а потом по желудку врезали со всей дури с ноги.

Ладони ощущали шершавые доски подо мной. А ещё я чувствовал, что эти самые ладони потные. Как и остальное тело. Рубашка прилипла к коже и жар, исходящий от печки, доставлял физической боли. Хотелось выбежать под дождь, смыть с себя всю гадость и охладиться.

Но самое ужасное — это кислый запах мертвечины, что исходил от моего тела. Надеюсь, Кая не превратила меня в покойника.

— Живой? — послышался голос девушки.

Помяни сурха, он и появится.

— Уа... — промычал я.

— Отлично. А то я уже подумала, что не справишься. Если честно, эту практику проходят не раньше двадцати лет, но ты молодец.

— Ду-уара...

— Чего ты там бормочешь?

Я приподнял голову и скосил глаза на Каю. Она продолжала что-то делать у стола, поглядывая на меня.

Дура.

Накатил новый приступ тошноты, и голова упала обратно, стукнувшись о доски и отдавшись глухой болью.

— Хватит валяться, Эрано. Мы не можем позволить себе такую роскошь.

— Признайся... — прошептал я пересохшими губами., — Ты расстроена, что я жив.

— О нет, — притворно возмутилась она. — Как ты мог такое подумать! Чтобы я, попыталась тебя убить и навсегда избавиться от опасения, что отец вернется?! Да никогда в жизни!

Нет. Она не дура.