Кренер

Парень протянул ладони, покрытые свежими ссадинами и перепачканные кровью.

– Ты что, тоже упал? Экие вы все неловкие сегодня!

– Он хотел Хариса поднять, вот и перемазался кровью – опять вмешался коротышка Кийоша.

– Успокойся, рядовой, я не собираюсь сегодня никого наказывать. Этот Харис давно напрашивался на хороший урок. Будем считать, что его проучила кровать. У нашего коронпринца кровати обладают хорошими педагогическими способностями. Ха-ха! – посмеялся собственной шутке офицер. Потом подобрался и сказал уже другим тоном – Рядового Хариса немедленно доставить к лекарю.

Он должен вернуться в строй как можно скорее. Если проваляется больше недели, то жалования получать не будет. Казна не виновата в том, что он не умеет под ноги смотреть. За доставку раненого отвечаешь ты, Киоша.

Отдав распоряжение, офицер ушел.

Юп посмотрел на патрульных.

Коротышка вытер вспотевший лоб рукавом куртки и сел на ближайшую койку.

– Ну ты, кренер, совсем без башни. Повезло, что у бригадира настроение хорошее было.

Даже не оштрафовал никого. А мог под арест отправить. За драку в казарме неделя исправительных работ положена, а если с тяжкими увечьями, то и на галеры могут отправить.

– Это потому, что Харис сам нарывался – вклинился здоровяк Курт – он в том месяце двух новичков избил. Один даже от службы отказался.

– Спасибо, что не сдали. Меня зовут Юп.

– У нас своих сдавать не принято. Даже такую свинью как Харис никто не сдаст. Кстати, борова этого нужно к лекарю тащить. Раны не шибко серьезные, но брюхо лучше сразу заштопать.

Да и рожу этому красавцу нужно перевязать.

Было видно, что сослуживца патрульные не очень-то любили.

– Давай, Юп, бери его под мышки, а ты Курт за ноги.

– А ты что, со стороны смотреть будешь? – недовольно пробурчал Курт – но послушно наклонился и взял толстяка за голени, обтянутые кожаными крагами.

– Меня бригадир главным назначил. Так что вы понесете, а я все проконтролирую. На то я и главный!

– Погоди, -сказал Юп. – Много чести этой свинье. Пусть сам идет.

Кренер достал из кармана небольшой кисет, набрал из него шепотку порошка и поднес к лицу лежащего в проходе Хариса.

Тот сперва замычал, потом начал отворачиваться, как демон от святых мощей. Но Юп прижал ему голову к полу и заставил почувствовать запах кулисьей желчи.

Глаза толстяка распахнулись и увеличились чуть ли не в двое. Он закашлялся и забулькал выплевывая разбитые зубы и черепки.

- Не-е-е-на-а-а-до! – наполовину сказал, наполовину промычал Харис.