Кренер

Тебе не хочется развлечься с этой дикой кошкой? На глазах у этого гаденыша! Она ему вроде нравится. Для него это будет дополнение к тому, что я с ним сделаю с помощью ножа и соли.

— Не Курт, так не пойдет! Мать бы это не одобрила. Да и Ганц бы так никогда не поступил! — младший рош стал между братом и декушкой.

— Стефан, да погоди ты. Чего завелся. Ты вспомни, как отец хвалился, как они по пол деревни девок портили. А мать слушала и молчала. Ты же мужчина! или ты только шлюх заваливать умеешь?

— То что отец рассказывал, то на войне было! Там женщины законная добыча победителя.

Раз их мужчины оказались слабыми, то воины могут делать с добычей что захотят. Сейчас мы не на войне. Мы пошли на промысел. Ганц погорел и его убили. Взять жизнь убийцы или его родича наше право по закону мести. И наш долг, чтобы облегчить Ганцу посмертие. А брать в мирной деревне насильно бабу, а тем более немужнюю малолетнюю девку позор для мужчины! Ты против закона идешь, брат! Если нельзя этого избежать, то давай убьем ее, но быстро и без лишней боли. А насильничать не позволю!

— Стефан, да ты что. Разве ж я против закона пойду? — Курт подошел к брату и неожиданно резко ударил его кулаком в лицо. Тот пошатнулся, схватившись за многострадальный нос, а брат добавил ему пару раз кулаками в живот, а потом в челюсть, — первая заповедь Закона какая, брат? Старший всегда прав! А я сейчас для тебя старший! Это ты против закона идешь, если мне мешаешь. Так что полежи и подумай пока.

Курт на всякий случай забрал нож из сапога у брата, который скрючился на земле от боли.

— А у меня тут дельце есть, — довольно улыбаясь старший брат подошел к Кене. Та подтянула к себе ноги, готовясь ударить.

— Не, козочка, лягать меня не надо, — Он взял оставшиеся от упряжи ремни и подошел к дереву сзади. Накинул одну петлю Кене на левую ногу, вторую на правую и с силой потянул, разводя ей ноги в стороны. Закрепил ремни и подошел к девушке спереди, — сейчас я уберу кое-что лишнее, чтобы не мешало. Если не хочешь порезаться, не дергайся, козочка.

Курт достал нож, оттянул левой рукой низ штанины и начал ее разрезать, обнажив сперва загорелую голень, а потом белую кожу бедра. Он остановил движение и чуть приблизил свое лицо к лицу Кены.

— А сейчас будет интересное, — с придыханием с сказал Курт, и в лицо Кене ударил фонтан крови. Могучие челюсти сомкнулись и откусили голову Курта одним движением. Умирая он дернулся и порезал Кене ногу своим ножом. Из пореза начала толчками выходить кровь.