Мистик 2

От огромных алых цветов с мясистыми лепестками исходил приторный аромат, будто кто-то смешал спирт, сахар и корицу, а затем вскипятил получившуюся смесь, обратив её в пар.

Арх нажатием кнопки поднял дверь и спрыгнул на землю из кабины спортивного флаера последней модели. Под лакированной черной туфлей мастера что-то хрустнуло, и к запаху жжёного сахара добавилась гнилостная вонь. Маг недовольно скривился и шевельнул пальцами. На пару десятков метров вокруг вся растительность обратилась в пепел. Земля вскипела огненной лужей и тут же застыла, превратившись в сверкающее обсидиановое зеркало.

Наследник старшего клана Шарт удовлетворённо кивнул и вытащил из кармана серебристый портсигар, украшенный червлёными рунами истинного языка. Арх извлёк из него сигару, отсёк у неё кончик усилием воли и, запалив, с наслаждением затянулся. Выпустив кольцо густого сизого дыма, мастер, уже почти достигший следующей ступени, насмешливо произнёс

— Может быть хватит меня игнорировать? Я чувствую, как колышется эфир от твоего дыхания.

— За сотни лет до рождения твоей души в этом мире, я испил силы десятков грандмастеров. Считаешь, что ты можешь угрожать мне? — разлился в воздухе безликий голос. Он шёл словно бы отовсюду, не имея определённого источника. Однако это был именно голос. Звуковые колебания, а не ментальные импульсы.

— Сколько у тебя было тогда сердец? — всё так же насмешливо отозвался Арх, — Миллионы? Десятки миллионов? А сколько сейчас?

— На тебя мне хватит и того, что есть, маг.

— Возможно, — согласился Шарт, снова делая глубокую затяжку, — а возможно и не хватит. Не думаю, что ты хочешь это проверять, пожиратель. Да и пришёл я сюда не для этого.

— И чего же ты хочешь? Хотя, нет. Можешь не говорить. Вы люди хотите только одного. Власти. Желаешь, чтобы я помог тебе убить твоего отца?

— Не совсем, — покачал головой Арх, — убью я его сам.

— А-ха-ха, — прокатился по джунглям безжизненный хохот, — Я бы, конечно, с удовольствием полакомился аурой грандмастера, но, боюсь, мне придётся отказать тебе, маг. Я слишком давно существую. С каждым новым сердцем повышается вероятность необратимой ошибки. Скоро мне придётся поглотить самого себя. И это время я предпочитаю провести в покое.