Кальдур Живой Доспех I

При всём этом, странный человек был покрыть дорожной грязью и пылью так, что всё это можно было разглядеть только в упор. Стоило седовласому прекратить разговаривать, и он замирал, прикрывшись плащом и практически сливался с окружением, будто опытный охотник в лесу. Одновременно веяло от него опасностью и тут же хотелось ему довериться и открыться.

Пока они пили чай и играли в гляделки, Анижа занялась раненой. Аккуратно вытащила стрелу, зажала рану и пыталась остановить кровь. Её было немного, тонкой струйкой она стекла за бок воительнице, и это были хорошие новости, Кальдур знал, что такая потеря крови не смертельна, а даже полезна — почистит рану.

— Твоя подруга очень смелая, — Дукан встретился с ней взглядом и подарил тёплую улыбку.

— Очень глупая, — мягко огрызнулся Кальдур.

— Ты ведь так и не понял, почему она схватилась за тебя? — Дукан одарил улыбкой и его, но уже насмешливой.

— От страха глаза велики, — Кальдур вздохнул и посмотрел в огонь. — Хотя я её понимаю. Для неё лучше было умереть от когтей или магии, чем живой попасть в руки этим ублюдкам. Хорошо, что она вышла погулять и не разделила судьбу своих сестёр из монастыря. Не знаю, каково на её месте, но будь я девушкой… поступил бы также.

Дукан ничего ему не ответил, лишь покачал головой, не стирая с лица ухмылки.

— Кто она? — спросил Кальдур, всё ещё смотря в огонь. — Я думал никого не осталось.

Девушка в доспехах дёрнулась, едва слышно застонала и снова замерла.

— Её зовут Розари. Она такая же Избранная как и ты.

— Никогда её не видел. И не слышал о ней. Они назвали её как-то странно. Фуро, что-то там. Боялись её как огня. И правильно. Не думал, что мы ещё сражаемся в этой войне.

— Красная Фурия. Так зовут её доспех и её. Я думал, что она последняя из кайрам. Ты никогда с ней не встречался. Она не сражалась на Шестой Битве. Не служила в той войне вообще. Была слишком маленькой. Мастер Лотрак уберёг её. И передал мне. Но теперь она выросла.

— Слишком маленькой… — горько выдохнул Кальдур, вспоминая сколько было лет ему, когда он в первый раз забрал жизнь.

— Нужно снять с неё доспехи, — раздался тоненький голосок Анижи.