Игрушечный стрелок

И вот это все — ради меня?! Хай-тек клетка, подобной которой нет даже в тюрьмах строгого режима, кандалы на руке с единственным, зато толстенным звеном, наподобие конвойных, а не полицейских наручников, да два дуболома охраны, причем не просто охраняющие, а ведущие тебя враспор на двух шестах, словно серийного маньяка из старого голливудского фильма! Все ради простого человека, которого неделю держали на хреновой пище, да еще с добавлением какой-то психотропной дряни?!

Не зря луковый упоминал про людей, что даже после отравленных пайков умудрялись предпринимать попытки к бегству.

Не так уж и сильна их трава, видать, если не работает без других факторов ломки сознания.

Свои размышления я, конечно, оставил при себе и даже не позволил себе ухмыльнуться, а лишь послушно шел за дуболомами, держащими меня на дистанции своих дубинок. Перед дверью, ведущей наружу я предусмотрительно прищурился.

Оказывается, я сидел в подвале, и из него мы вышли сразу на... я бы сказал, улицу, но улицей тут и не пахло.

Вокруг было сплошное поле, а вход в подвал находился в небольшом холмике — ни дать ни взять, крошечное бомбоубежище. Я украдкой глянул по сторонам, насколько позволяла опущенная в иллюстрации подавленности голова. Вокруг был лес, но в одной стороне явно виднелась городская стена — можно было биться об заклад, что это стена Девоншира. Вряд ли меня успели бы отволочь куда-то дальше, чем... Ну, на вид до стены километров семь.

Внезапно в поле зрения возникла тонкая рука в черной кожаной перчатке.

Она грубо ухватила меня за подбородок и задрала голову вверх.

Передо мной стоял высокий блондин в черных ботинках. По меркам окружающих, одет он был, можно сказать, богато — черный, блестящий на солнце, наверное, шелковый, жилет, белоснежная рубашка с коротким рукавом, черные брюки... Из кармана брюк свисала цепочка желтого металла, предположительно золото, как написали бы наши менты, а руки до локтей скрывали перчатки с широкими крагами. Кажется, такие надевают, чтобы на лошадях кататься.

За спиной блондина и правда стояла тройка лошадей, две из которых были запряжены в что-то вроде кареты, только сколоченной из неоструганных досок, с решетками на крошечных окнах и дверью на замке снаружи, а не внутри. Местный вариант автозака, блин.

Водянистые глаза блондина безучастно скользнули по мне, задержавшись лишь на зубах, которые он обнажил, нажав пальцем на нижнюю губу.

— Годится. — после быстрого осмотра вынес он вердикт. — Зубы хорошие.