Последний некромант

Как ты и просил я подготовил для тебя вольную с оговоренными в ней условиями на занятие некромантией и поднятие мертвецов, но есть одно условие, прежде чем я отдам тебе ее, мы хотим зачаровать тебя, что бы видеть все происходящее твоими глазами. Если ты предашь нас, мы будем знать и видеть где ты есть, и тогда тебя настигнет кара господня, - почти выкрикивал он эти слова для пущего устрашения. Ответь нам, ты согласен на такое условие?

- Разве у меня есть выбор ваше светлейшество. Вы сделаете все, что бы максимально ограничить мои действия.

- Тогда, властью данной мне господом, я зачту твои права.

А дальше последовал огромный список всевозможных запретов и наказаний за их нарушение. Я даже этого не слушал, прекрасно осознавая, что меня отправляют на верную смерть почти с голыми руками. Его чтение отняло добрых полчаса, и лишь в конце послышалась заветная фраза «Я, Августин третий, глава верховного совета и светлого братства, дозволяю некроманту, именуемому Фаренгар Лейсор, поднятие нежити с окрестных кладбищ до самого севера и по окончании сего путешествия, приказываю вернуть их на законное место».

- С этого и надо было начинать, а то запрещаю, наказываю и прочее, - съязвил я, но глава даже не подумал обращать внимания и продолжил.

- Далее я возвращаю тебе твой посох принадлежащий по праву, а на скотобойне тебя будет ждать самый быстрый и мертвый конь, - от этих слов его скривило, словно он проглотил острый перец.

И последнее, мастера пыточных дел выдадут тебе необходимый инструмент, для проведения твоих ужасных ритуалов. Мы выполнили все твои требования и надеемся, что ты незамедлительно отправишься на север. А теперь господа инквизиторы проводят тебя в свои мастерские. На этом я заканчиваю совет братства и да поможет нам бог.

«Никудышный из тебя оратор Августин третий, совсем никудышный», - подумал я, удовлетворенно, отметив, что все – же заставил его унизить себя, а схватив свой вожделенный посох, отправился в пыточные камеры инквизиции, где сам провел не малое время.

Дальше было все как во сне. Только мы вошли в подземелье инквизиции, как я услышал душераздирающие крики сотен насмерть замученных душ. Я не мог понять, что происходит, хотелось зажать уши и бежать отсюда без оглядки, но я не показал свою слабость, ведь вели меня именно мои палачи.