Суррогат героя. Том I.

Шумно затопав ногами, бармен, как носорог, пробежал до плиты, и, схватив огромную деревянную ложку в одну руку, второй взял сотейник с плиты и принялся шумно поглощать еду прямо из него, не перекладывая в тарелку. Именно поглощать, слово «есть» мало подходит к тому, как он отправлял гуляш себе в рот.

— Боше-ш-тфен-н-но! Ка-к мне этого не хва-та-ло… — с набитым ртом, закатив глаза, нахваливал он, продолжая при этом усердно жевать.

Попробовал и я…

Отец, вернувшись с рейса, в первый день отпуска всегда водил нас в самый лучший ресторан Китежа.

Так вот, шеф-повар того ресторана, могу ответственно заявить, не достоин даже пол подметать там, где прошла Иллея. Ее гуляш был не просто вкусным, он был… Да. Джиро прав. Божественен. Когда вилка стала ловить последний кусочек, понял, что хочу еще и еще, пока не лопну.

— Для меня большая честь, работать вместе с вами, — встав из-за стола, я глубоко поклонился этой талантливой женщине.

— Пф-ф-ф. — Лишь легкий румянец на ее щеках после моих слов, показывает, что моя похвала ей приятна.

— Опять согнуло? Марш к стене! — заметив, что краснеет, Иллея тут же повышает голос.

Опять?! Но ее взгляд был непреклонен. Так как она мой прямой начальник в отсутствии Дааса, то подчиняюсь.

— А можно добавки? — вылизывая ложку, спрашивает Джиро.

— Нет.

— Ну, пожа…

— Нет.

— Как можно было наесться такой маленькой порцией?! — как раненый бегемот, ревет бармен в ответ. И это он говорит после того, как сожрал половину сотейника? Впрочем, при его габаритах, может, и правда ему мало.

— А половником меж глаз? — усмехается Иллея, глядя на гиганта, который корчит из себя жертву голодовки.

— Было очень вкусно! — тут же реагирует на это предложение шефа Джиро и с уже привычным топотом скрывается за дверью.

— Клоун… Ему в театральное надо было, цены бы не было, — вытирая плиту, негодует Иллея. — Мы на продуктах разоримся…

Если он столько ест всегда, то тут я с ней полностью согласен!

Шеф протерла плиту, убрала со стола и поставила чайник.

После чего остановилась прямо передо мной и вытащила из кармана передника тюбик с кремом.

— Утром заметила, что тебе вчера досталось, — произнесла она. — Стой прямо, — сказав это, нанесла немного крема мне на скулу и легкими движениями принялась, втирать его в кожу. — Поможет.

Как только она завершила эту процедуру, у входа остановилось такси.

Первым в зал вошел злой и разраженный Тен Даас в своем неизменном комбинезоне.