Суррогат героя. Том I.

Это «мигание» заняло бесконечно малый квант времени, привнеся в мир одно-единственное Изменение…

Зубы себека, готовые сомкнуться на моем горле еще миг назад, теперь бессильно скрежещут, ломаясь об отливающую синевой сталь. В моих вытянутых руках, еще недавно столь беззащитных и слабых, ровным кругом нерушимой стены теперь зажат второй Атрибут!

Наследный щит царей Итаки, подарок прадеда основателю династии, предающийся в семье от отца к сыну. Выкованный по приказу Зевса Гефестом, он несет на себе благословение самого Громовержца.

И даже оружие сторуких стражей Кроноса не способно пробить этот щит. Что уж говорить о каких-то крокодильих клыках!

Всегда считал, что щит — это исключительно защитное вооружение, но обретя Атрибут, а вместе с ним умение и понимание, как им владеть, в корне переменил свое мнение.

— Тебе!..

Отводя крокодилью пасть в сторону, кричу я.

— Полный!..

Удар кромкой щита страшен, он буквально разрубает пасть себека пополам.

— Конец!

В отличие от своего противника, я не упиваюсь победой, а желаю завершить дело как можно быстрее.

Поэтому мой следующий удар прост и незатейлив.

Резкий, короткий тычок кромкой ломает шейные позвонки слуге бога Реки.

— Вот же тварь, — шепчу я, сплевывая на землю кровь из прокушенной губы. Когда ее прикусил, не помню. — У тебя почти получилось...

Шипя от боли, закинув щит за спину, выдергиваю наконечник копья из бедра. Это больно, очень больно, зато я могу теперь ходить. Кровь течет по моей ноге, как полноводный ручей. Минута, от силы две, и я упаду без сил от кровопотери, но мне хватит этого времени, чтобы закончить дело.

Доковыляв кое-как три метра до Серебряного лука, поднимаю его с земли. Проведя по нему ладонью, очищая от травы и мысленно прося у него прощения, что выпустил из рук, тут же достаю стрелу и пристраиваю ее на ложе.

За царицей гналось два себека, но реально догнать ее мог только один, второй же едва шел, сильно хромая. Именно ему и досталась одна из моих стрел, попав в бедро, почти в самом начале боя. К тому же к этому отстающему с безумным криком, размахивая над головой клинком, бежит один из выживших байкеров.

Кто это был, мне было не понять, так как он был с головы до ног залит кровью, а из его левого плеча торчала рукоятка боевого серпа. Впрочем, вот на солнце характерно блеснула кольчуга, а значит, выжил Хотей. Вот точно не ожидал я этого, он же первый ворвался в строй крокодилолюдей и должен был погибнуть первым! Но получилось наоборот, он один и выжил из гуннов.