Начало пути

Риген был как всегда точен и ровно в восемь вошел в кабинет. Благодарно кивнув на приглашение к столу, устроился на стуле, взял чайник, налил из него кипятка и всыпал в стакан ложечку размягченной заварки. Перемешал и задумался.

—Как прошла проверка? — не выдержал Велоэн.

—Знаешь, твоя внучка меня пугает. Честно. И дело даже не в ее силе, хотя я, признаться, поражен. Страшно представить, насколько она возрастёт, когда девочка найдет себе концентратор… кстати, почему ты не закажешь его для нее? Обычные я понял почему не подходят, но ведь на заказ можно сделать.

Велоэн пожал плечами.

—Я предлагал, но она отказалась. Сказала, что уже нашла мастера и заказала, просила только деньги дать.

—М-м-м… и тебя это не насторожило? Извини, но мастеров-артефакторов такого уровня, которые смогут справиться с ее заказом можно по пальцам руки пересчитать. А ты даешь деньги и даже не интересуешь кто этот таинственный мастер? Сколько, кстати, она попросила?

—Четыреста пятьдесят империалов.

—Всего? — удивился Риген.

—И, тем не менее, у меня есть причины ей верить. Ленайра не производит впечатление легкомысленной особы.

—Это точно, — нахмурился Риген.

—В любом случае, рано или поздно она покажет мне, на что потратила деньги. Тем более она около года назад сделала заказ нашему придворному артефактору, который потом корректировала по мере работы. Он мне показывал руны… если это все заработает, то Ленайра получит настоящий шедевр.

—На мече?

—Судя по форме расположения рун на бумаге, Ленайра заказала в качестве концентратора легкий меч. Что за мастер способен нанести руническую вязь такой сложности, я представить не могу.

Риген помолчал, покачивая стакан, отхлебнул.

—И это за четыреста пятьдесят империалов?

—Причины верить внучке у меня есть, — повторил Велоэн, интонацией показывая, что дальше на эту тему говорить не намерен.

—Ну смотри, тебе виднее, конечно.

—Конечно. Так что ты там говорил о бое? Что тебя напугало?

—Ее спокойствие. Велоэн, прости, но это ненормально в ее возрасте! Что бы она там не пережила шесть лет назад… прости.

—Ничего. Сейчас мне важно твое мнение как постороннего человека.

—Ладно, тогда… Я понимаю, что ее родителей убили практически на ее глазах, но как бы она ни переживала об этом, она давно должна была отойти от шока.