Начало пути

Никто особо не превосходит силой другого и все вынуждены договариваться. Рушить эту систему – гарантировано получить множество больших и малых войн с непредсказуемым результатом. По двигателям… В том-то и дело, что это ВАШИ технологии. Мы их повторить не в силах. Прикажешь, покупать двигатели у вас?

—Это рушит баланс? — предположил Борис.

—Это дурость. Стал бы ты покупать какую-то важную вещь, которую не можешь делать сам, у другого государства, тем самым обрекая себя на зависимость?

—Но ведь мы делать будем через моего отца.

У нас ваши двигатели просто какая-то хрень с рисунками.

—Леш, важны не намерения, а возможности. Политика государств строится с расчетом на десятилетия и столетия, если это действительно государства, а не временные недоразумения. А когда твой отец уйдет, что делать? А когда мы с тобой уйдем, и проход закроется?

—Но ведь ты делаешь какие-то артефакты, — заметила Аня. — Вот защита для нас…

—Единичные. И, как ты верно подметила, только для вас. После ваших смертей все ваши артефакты уничтожатся.

Ну кроме тех, что сделаны для меня и Леши, они перейдут по наследству нашим детям.

—Уничтожатся?

—Да, — жестко отрезала Ленайра, показывая, что спор неуместен. — Если захотите что-то передать по наследству, договаривайтесь со мной отдельно. Поймите, я не против такого, но массово и бесконтрольно плодить артефакты такой силы я не буду. В вас я уверена, а вот уже по какой дороге пойдут ваши наследники, я не знаю.

—А ваши? — хмуро спросил Витька.

—А наши артефакты будут завязаны на магию Рода, значит на кодекс.

В случае нарушения кодекса вместе с магией Рода артефакты тоже уничтожатся. Или вы полагаете, что такое впервые происходит? У нас в роду есть некоторые артефакты, которые сейчас называют родовые. Подозреваю, их происхождение такое же, как у тех, что делаю я. Так вот, если наш Род перестанет быть Древним, все они уничтожатся. Вот так.

—Сурово, — хмыкнул впечатленный Витька. — Вот так разом лишить весь род самого могущественного оружия.

—Именно потому и лишается. Пока род Древний, он не пойдет против империи. Мы ее хранители. Как только кодекс нарушен, куда повернется это оружие, не скажет никто. С политикой партии спорить можно, но не советую, я не Хрущев и не Брежнев. Можете звать Иосифа Виссарионовна.

Лешка хихикнул, но под взглядом подруги сделал вид, что испугался.

—Ты ведь не шутишь, да?

—И не думаю. Я ведь не просто так это говорю, хочу, чтобы вы поняли, на что подписываетесь.