Начало пути

Люди не равны! И ты не я. Ты слишком добрая. Это не плохо, хорошо даже. Ты великолепным лекарем сможешь стать, да ты и занимаешься в этом направлении, насколько я знаю. Но вот для того, чтобы ты могла лечить спокойно, и не бояться за себя и семью, нужны такие сволочи как я.

—Ты не сволочь! — тут же возмутилась Аня, вычленив из разговора последнее слово.

—Хорошо, — легко согласилась Ленайра. — Я просто душка и прелесть.

—Моя прелесть, — прошипел Витька и вытянул руки, делая вид, что пытается схватить девушку.

—Чего это он? — удивилась Ленайра.

—А, — махнула рукой Аня. — Не обращай внимания на придурка. Фильмов тут насмотрелся, теперь постоянно что-то изображает. Или кого-то.

—И кого сейчас?

—Самого себя. И грим не нужен.

—Анка-солянка.

—Дите, — вздохнула Аня и поднялась. — Продолжим?

Продолжать спор никому не хотелось – все по прошлым опытам знали, что переубедить Ленайру и привить ей идеи гуманизма и демократии занятие совершенно бесперспективное. В свое время, когда Ленайра прочла о современных государственных устройствах, ее очень удивила идея всеобщих прав и равенства.

Покрутила пальцем у виска, сообщив, что не видит, в чем, например, булочник может быть равен ей.

—А чем вы с ним различаетесь, если вас одеть одинаково? — поинтересовался тогда Лешка.

—Взглядами на жизнь, — отрезала Ленайра. — Он мерит все своей жалкой жизнью, ценнее которой у него ничего нет, а я думаю о роде и потомках. Что им достанется. И ответственность тут другая. Ваши же политики – те же булочники, дорвавшиеся до власти, которых ничего дальше их карьеры не интересует, а что будет потом, не интересно никому.

Расхлебывать ведь не им.

Задумались многие. Потом эти споры превратились уже в дежурные. Каждый выискивал свои аргументы, приводил доводы. Не то, что кого-то интересовал результат, просто так сложилось… традиция, можно сказать. Просвещенные жители двадцать первого века пытались убедить в своей правоте жителя века восемнадцатого, сыпля доводами и цитатами.

Ленайра лениво отбивалась тем же оружием, а так же примерами из своей жизни. Собственно, изучить философию этого мира, а так же классиков политической мысли девушка совершенно не отказывалась, и самым внимательным образом штудировала как Макиавелли, так и Ницше. В ее библиотеке были книги Ленина, Маркса, Сталина, биографии Черчилля, Бисмарка и многих других политических деятелей, которые она не просто читала, но и комментировала на полях.