Ступень 1 Неофит

Никому не позволено оскорблять его девочек. Полулюди-полукошки, представители расы мроу заслуженно считались лучшими воинами не только в Восточной империи. А уж его личные телохранители, отобранные среди высокородных представительниц мроу, считались элитой среди элит.

— Приведите в чувство этого борова! — раздался звонкий голос старшей смены. — Пусть подождёт решения вождя.

Щелчок магического замка — и в покои скользнула гибкая фигурка девушки. От человека её отличали лишь глаза и — император знал это не понаслышке — ненасытность в постели.

— Мой император, к тебе посетитель, — старшая телохранительница встала на колени, при этом столь соблазнительно прогнулась, что в чреслах императора вспыхнуло неуместное сейчас пламя.

— Впусти Клавдия. Он не стал бы по пустякам беспокоить меня.

— Приведите оракула! — Старшая поднялась с колен и, опустив ладони на рукояти мечей, встала по правую руку от императора. Клавдия буквально втащили в покои две мроу и замерли по бокам от толстяка.

— Мой император! — пролепетал чародей, рухнув на пол.

— Говори! — строго приказал Алекс Третий.

— Артефакт Териана — сегодня он засиял, как утренняя звезда!

— Что?! — Гнев императора, его ярость, страх, недоумение — всё смешалось в одном слове. — Ты хочешь сказать, у рода Фаерус появился наследник или вообще наследница? После стольких лет? Это невозможно! Я лично был свидетелем, как последнюю женщину их рода лишили возможности рожать детей!

— Мой император, — прошептал испуганный оракул.

Интерлюдия четвёртая

Хранитель Георгий

Уже стемнело, и дневной зной пустоши сменился на прохладный ветерок, когда Георгий затащил последний тюк внутрь. Все припасы лежали большой кучей сразу за вратами, тащить их до кладовой у старого жреца не было ни сил, ни желания. Прошаркав до своей постели, он рухнул на неё, не снимая пыльной одежды, и мгновенно уснул. Исчадие, понаблюдав некоторое время за человеком, бесшумно двинулся к выходу — пришла пора обследовать свои охотничьи угодья.

Разбудил жреца питомец. Взобравшись на спящего, он тихонько поскуливал, а затем начал подвывать. Старик сквозь сон сначала пытался отмахиваться, но зверёк был настойчив и всё же разбудил хозяина.

— Ты чего шумишь, словно голодная фшига? Ну-ка, умолкни! Дай с мыслями собраться, а уж потом и расскажешь, чего хотел. — Георгий протёр глаза и осмотрелся.