Ненаследный сын императора Часть 1 Престол.

По мере того, как фрейлина вникала в суть моей проникновенной речи, её лицо приобретало все более непроницаемый вид, едва наметившиеся слезы исчезли, вытесненные каким-то загадочным и немного пугающим меня выражением, появившемся в её глазах... Под её пристальным взглядом я начал терять весь задор, и, пробормотав последнюю фразу, неловко замолчал. И тут мою вторую щеку обожгла ещё одна пощечина!

— Да что же это такое?!! — взвыл я раненной белугой. Не знаю, что это за зверь, но мне кажется, он должен выть именно так, со всей вселенской скорбью и безысходностью в голосе.

..

— А вот поделом вам, Ваше Высочество! Как можно так пугать беззащитную девушку? Я же вам поверила! Я же думала, что вылечу с позором из свиты вашей матушки! Вы представляете, какой это был бы удар для моей семьи? А вы шутить изволите!

Пылая благородным гневом, она сурово сложила руки на груди, и уставилась на меня. Я виновато вздохнул.

— Ну, во-первых, я думаю, мы уже очень близко знакомы, — я демонстративно потер щеки, на которых явственно виднелись отпечатки ладоней девушки, — так что предлагаю перейти на «ты».

..

А во-вторых — признаю, шутка получилась неудачной. Искренне сожалею, раскаиваюсь и сдаюсь на милость победительницы!

И, может быть, ты не откажешься помочь избитому и униженному цесаревичу добраться до комнаты, где мы сможем все обсудить за примирительной чашкой чая?

Негодующе фыркнув, Светлана, тем не менее, взяла меня под руку, и мы отправились к моим покоям.

***

— .

.. и понимаешь, ведь уже был такой случай с фрейлиной из свиты твоей сестры, Екатерины! Наследник оказывал ей знаки внимания в своей манере... Проходу не давал, зажимал в каждом темном углу, пьяным среди ночи заявлялся, пытался дверь выломать... Да там, прямо в коридоре, его и сморило, до утра никому своим храпом уснуть не давал! — Светлана хихикнула. Потом посерьезнела.

— А девушка та сосватана была, за друга детства. Терпела, терпела, да и ответила раз на хамство и грязные намеки Владимира Александровича пощечиной.

..

— И что?

— Ну как ты думаешь? Слово какой-то фрейлины из мелкого дворянского рода против слова наследника престола. Тот ногами топал, орал, что она его оскорбила, требовал прилюдной порки, каторги... Хорошо, что княжна вступилась за несчастную, но место фрейлины она потеряла, уехала куда-то в глушь, и при дворе более не появлялась. Вот, когда мы с тобой... в общем, я очень испугалась, что меня ждет подобная участь...