Ненаследный сын императора Часть 1 Престол.

— Вот, смотри!

На её ладони лежала миниатюрная золотая брошь, точная копия павлина, распустившего шикарный хвост, украшенный мелкими драгоценными камнями. Не особо разбираясь в украшениях, я, тем не менее, залюбовался брошью, восхищенный изяществом и тонкостью вещицы.

— Это не слишком? Вам не жалко ли, маменька, расставаться с такой чудесной брошкой?

— Думаю, она достаточно хороша для того, чтобы быть подаренной цесаревичем. И легкий намек присутствует!

И она, лукаво взглянув на меня, звонко рассмеялась.

— Действительно, павлин — это первое, что приходит в голову при взгляде на графа... — Вынужден был согласиться я.

— И ещё одно. Мы недавно выписали из Франции одного замечательного кондитера. Десерты, которые он готовит, просто шедевр! Предлагаю тебе захватить дюжину пирожных к чаю! Думаю, граф должен любить сладкое.

— Отлично, маменька! — обрадованно воскликнул я, — так элегантно решили мою проблему!

И галантно поцеловал её руку. Императрица, довольно заалевшись, погладила меня по голове и отметила, что мне очень идет такая прическа.

Спустя полчаса, захватив упакованные в аккуратную коробку с бантом пирожные и брошь в небольшой коробочке, я, в сопровождении дюжины гвардейцев, отправился к особняку князя Тараканова, откуда мы уже вместе должны были направиться к резиденции английского посла.

По пути Валентин Михайлович рассуждал о том, насколько важна роль Англии в мировой политике, и насколько ценен такой могущественный и прогрессивный союзник для Российской империи в нынешнее время.

Он углубился в дебри истории, искусно переплетая события прошлого с современными, прозорливо заглядывая в будущее... Я же, признаться откровенно, под его тихий, монотонный голос начал дремать, встряхивался, сбрасывая сонное оцепенение, но спустя короткое время монолог князя и равномерное покачивание экипажа снова делали своё черное дело — я снова проваливался в забытье...

— Алешенька, вы плохо себя чувствуете? — озабоченно поинтересовался мой спутник, заметив наконец мои мучения.

— Нет-нет, Валентин Михайлович! По совести говоря, я совершенно не выспался этой ночью, и сейчас это сказывается...

— Ну ничего, кажется, мы уже прибыли...

Князь выглянул в окно, отодвинув занавеску. Действительно, экипаж начал притормаживать у трёхэтажного особняка, украшенного лепниной. Ворота были гостеприимно распахнуты, у дверей нас встречал безукоризненно одетый дворецкий с прилизанными черными волосами и аккуратной шкиперской бородкой.