Левиафан. Черное Солнце

Его дыхание вырывалось изо рта полупрозрачными облачками морозного духа, а по подлокотникам и на спинке кресла, которое занимал великан, поблескивал слюденистый налет свежей изморози. – Вы даже сейчас не в состоянии прекратить свои предвечные споры. Сейчас! Когда мы – мы с вами – раскололи мир пополам и…

– … и не знаем, что с этим делать, – грубо перебил его Кром. Могучая фигура поднялась со своего места и стало видно, что хотя ростом он уступает Имиру, в плечах мрачный гигант превосходит своего названного брата. Он был злобен, жесток и справедлив.

Как и его народ.

– Не знаем, – подтвердил Силен. Его глубокий голос звучал тихо, раскатисто. Высокий и согбенный, он представлял здесь расу сатиров, но не был столь же словоохотлив, как большинство его родичей. Поэтому когда Силен говорил – было принято слушать.

– Однако это не значит, что выхода нет, – продолжил он. – Я соглашусь с досточтимым турсом в том, что на поиски виновных нет времени, нам надлежит…

– Мне плевать, что тебе там надлежит! – Иблис не встал – вскочил со своего места.

Тело ифрита раскалилось добела, источая жар, который почувствовал даже Имир, находящийся по другую сторону зала. Кром тихонько хохотнул себе под нос, предвкушая забавное зрелище.

– Знаю я, как это у вас происходит! – разгоряченный Иблис брызгал стрекочущими искрами. – Сейчас мы все дружно возьмемся за руки и в очередной раз прикроем их синие задницы, – он мотнул головой в сторону Карны, восседавшего по правую руку от него. – А потом все благополучно забудут, что они в очередной раз чуть не завершили наш виток раньше времени.

Куда как раньше!

– Позволь, брат, но не мой народ тому виной, – Карна миролюбиво развел руками и синева его ладоней стала ярче, будто наполнившись внутренним сиянием. – Более того, я не припомню, чтобы…

– А память у вас коротка, как и прежде! – съязвил ифрит. – Я не видел тебя – брат – пять тысяч лет, и теплилась в сердце надежда, что уяснили вы уроки прошлого, научились жить по заветам Творца. Но, как я погляжу…

– А ты не гляди, – бас приземистого цверга низко вибрировал, от него ломило уши.

Черные глаза варда (суть – полномочного представителя подгорного племени) блестели, точно два агата в глубине пещеры. – Все равно мимо глядишь. Ты и сам едва ли по заветам Творца живешь.

– Откуда голос? – Иблис широко раскрыл лучащиеся белесым пламенем глаза и замотал головой.

– Земной стихиаль прав, – вступился за цверга альв. В отличие от низкого, но плечистого Айвиса, Эрьяквель был высок и худощав.