Левиафан. Черное Солнце

Они могли просто подойти к воротам и им бы открыли, даже не пришлось бы стучать, образно выражаясь. Это было смешно, грустно, странно, фаталистично.

Вот они и смеялись, а Иван, отлично понимая их эмоции, молча улыбался. Воины Золотого Крыла даже не переглянулись, а когда Брат Вюрда отдал им ментальную команду – четким строем покинули башню, возвращаясь к патрулированию своего квадранта.

Вскоре Карн сорвал связки, а Мидас устал вытирать слезы. Отсмеявшись, они выдохнули в унисон и воззрились на Ивана. Тот уставился на них в ответ своими удивительными глазами и в них читалась всеобъемлющая мудрость.

Глава 6. Логрис

Иван действительно ждал их. Причем Брат Вюрда точно знал, как они выглядят и даже во что будут одеты, только имен не ведал. И не смог предсказать, как именно они попадут город, потому что Зака в его провидческом трансе не было. Карн и Мидас не обратили на это внимания, но чародея сей факт, похоже, серьезно встревожил.

– Зато теперь я понимаю, почему Всеотец выбрал вас, – аркаимский маг стоял у только что сформированного окна и смотрел на город поверх хрустальных крыш ониксовых башен, гранитных куполов, отполированных до зеркального блеска, и многочисленных пирамидионов с тремя и четырьмя вогнутыми гранями. – Вы встретили сибариду и выжили. Притом, что оба, – он сделал паузу. – Не в лучшей форме.

– Могло быть проще, если бы ваши заклятья не подавляли мою силу, – улыбнулся Карн, дожевывая тертый орех, перемешанный с незнакомым ему сортом ягод.

– Не только твою, – Иван улыбнулся в ответ. Он был на удивление разговорчив для одного из сильнейших чародеев своего времени. Мидас давно отметил эту любопытную черту, которая, по его опыту, объединяла всех по-настоящему великих людей. Людей, не богов.

– Ну тут и я могу добавить, что если бы у меня было две руки… – фригийский царь покачал головой и развел руками. Маг тихо рассмеялся.

– Если бы у бабушки были определенные половые признаки, она была бы дедушкой, – совсем не философски изрек он. Мидас выпятил губу – забавно, что поговорке этой, оказывается, тысячи лет.

– Вы оба не в силе, – продолжил Иван уже серьезнее. – Но в этом и смысл. Не скажу, что это судьба, и вы отлично знаете – почему.