Баттонскилл: Карта, мобы, два скилла

Я пожал плечами, и тут явился хозяин склада.

Снаряжение выдавал старый седой эльф в короткой серой мантии, из-под которой торчали костистые коленки. Поверх мантии была одета ещё вышитая золотом безрукавка, в кармашке торчали очки.

Он был гораздо ниже тех шикарных красоток, что летали по коридорам, и выглядел, как высушенное корявое деревце. Торчащие уши напоминали едва ли не лопухи, и спускающиеся ниже плеч жидкие седые волосы лишь усиливали эффект.

Старичок так же летал, но касался земли кончиками больших пальцев.

Поэтому, когда он перемещался между полками, заставленными ящиками, мы отлично слышали его шорканье по каменному полу.

Ширк, ширк.

Характер у старого лопоухого был явно не эльфийский.

– А, вижу, дубинка у тебя уже есть, – эльф требовательно протянул руку, – Ну?!

Он оценивающе посмотрел на моё оружие, покрутил, поддел корявым ногтем пару сучков, и даже попробовал на зуб.

– Смородина, – цыкнул эльф, – Чекан, Чернец… А дубинка-то с родословной!

Он положил её на стойку.

Я, как стоял, так и замер, во все глаза рассматривая сучковатую палку.

Разве смородина может быть такой толстой?

Погоди… Он сказал – Чекан? Как так?

– Ну, что смотрите? Хилер есть в группе? – эльф пробежался по нашим лицам.

Мы одновременно отрицательно покачали головами.

– Танк кто будет?

– Эээ… я, – Бобр поднял руку.

Старичок кивнул, и вдруг воспарил высоко вверх, превратившись едва ли не в точку. До нас донёсся шорох и стук перекладываемых вещей.

Затем эльф стал планировать вниз, почему-то останавливаясь через каждые пару метров и держась за стеллаж.

Так он висел, отдыхая, несколько секунд, потом продолжал спуск. Под мышкой он держал длинную массивную коробку.

Спустившись, он, тяжело дыша, выложил пять дубинок на стол:

– Эх, возраст уже не тот… Ну, что смотришь, выбирай! – он посмотрел на Бориса.

– А… – только и выдавил Бобр.

– Только выбирай сердцем, плеер. Помни, не волшебник выбирает дубинку, а дубинка – волшебника!

Борис с волнением посмотрел на меня, у него на лбу чуть испарина не появилась.

Вся группа следила за ним с придыханием – всем было интересно, как же происходит этот момент.

Бобр неуверенно коснулся одной… другой… и тут эльф хлопнул ладонью по столешнице. Он уже давно улыбался, но тут его смех наконец вырвался – старик трясся, едва не задевая лбом стойку.

– А-ха-ха! Ой, не могу, каждый год это работает, – эльф качал головой, потрясая волосами, – Ну, жёлуди нюбсовые!

– Эй, дед, ты чего? – обиженно пробубнил Бобр.

– Ничего.