Неизвестный герой

И едва ли он мог сказать, с чего его посетило это желание. — Эту данность мне показала жизнь, — продолжил он, под непередаваемо тяжелым взглядом девушки. Она не давила, просто её печаль, её переживания сейчас были столь сильны, что задели даже его. Хотя, может быть, это лишь оттого, что сегодня его эмоциональное состояние было расшатано произошедшими событиями. — Но... во мне говорит сломленный дух. Возможно и так, что твой путь был правильным. Доброй ночи, — кивнув на прощание, он распался серым туманом, оставляя девушек окончательно одних.

Интерлюдия

Особняк рода Тосака.

Ныне Гильгамеш заседал в одной из многочисленных залов резиденции своего мастера. Король Героев вообще предпочитал беспорядочному бегу в поисках совершенно неинтересных стычек умиротворенно посидеть с кубком замечательного вина, на удобной софе, да поразмышлять обо всем и ни о чем одновременно.

Ну, еще хорошим развлечением было склонение Кирея к определенного рода мыслям, но это так, редко и по настроению. Хотя, надо признать, стоило увидеть этого практически не осознающего себя человека, то настроение появлялось само собой.

Ведь именно этой неопределенностью священник и был интересен — сейчас он, Гильгамеш, аккуратно создавал из заготовки с именем Кирей, как гончар создает из глины горшки, то, что нужно ему и вскоре работа будет завершена. Жаль, конечно, что не сейчас, но в таком деле спешить не стоит, так что придется еще немного потерпеть присутствие Токиоми.

Впрочем, едва ли мысли Короля сейчас были заняты монахом, что в своих размышлениях мечется, словно курица в курятнике.

О нет, сейчас у него была куда как более интересная тема для размышлений, а именно пир и его участники. Мастера как-то прошли мимо внимания, ибо слишком незначительные величины, чтобы отвлекаться на них, но вот слуги, двое из них, если быть точным, вызвали его неподдельный интерес.

Артурия Пендрагон, девчонка с совершенно смехотворными идеалами, которые, однако та пронесла сквозь пелену времени. Такое чистое упрямство, такая вера в свои идеалы, даже стоя на грани краха тех, но продолжая верить… это не может не удивлять.

Сейбер, как ни странно, являлась самым, что ни на есть, Сокровищем. Своевольным, гордым и упрямым, считающим себя королем, сам факт чего уже смешон, а также не осознающим своей принадлежности не просто кому-то, а ему, Гильгамешу, но Сокровищем. А это значило, что рано или поздно она достанется единственному возможному Королю. Хотя нет, не поздно, а уже вскоре, чему он поспособствует.