Неизвестный герой

— Думал — будет хороший бой, но…

— Но? — взгляд Райдера лучился заинтересованностью. Так уж вышло, что он сам той битвы не застал, и теперь ему было интересно услышать что же там произошло.

— Это был не бой. Убийство.

Днем ранее. Заброшенные постройки на окраине Фуюки.

На далекой от глаз простых жителей территории развернулось необычайное сражение. Хотя, пожалуй, для событий, что произошли в Фуюки за последнюю неделю, эта битва под полной луной не была столь уж необычной — девушка и мужчина сошлись в битве не на жизнь, а на смерть.

Артурия и Диармайд действовали размеренно, со знанием дела, но не затягивая излишних политес, все, что должно, было сказано до начала боя, сейчас же за них говорила зачарованная сталь.

Если посмотреть на битву с высоты того, кто наблюдал за предшествующими ей событиями, то не сложно определить — Лансер в незавидном положении. Лишившийся в своём благородном порыве Гэй Буйде, наносящего незаживающие раны, нынче он орудовал лишь Гэй Диргом, что в корне меняло привычный стиль его боя.

И пусть его мастерство битвы одним копьем было не менее отточенным, нежели мастерство Сейбер по обращению с её мечом, однако, где не играет мастерство, там правят бал физические характеристики, а оные были выше у девушки.

Но почему, в таком случае, Диармайд все еще не проиграл? Почему из раза в раз они сходились и расходились, продолжая этот смертельный танец? Если сил у Сейбер было больше, а мастерство у обоих на одном уровне? В чем же секрет?

На самом деле никакого секрета и не было.

Все дело было в Сейбер и том эфемерном чувстве, которое оба сражающихся называют «рыцарская честь». Девушка, чья рука была ранена, а после и излечена, не могла поступить иначе, кроме как не использовать излеченную руку в этом бою. Поступи она иначе, и едва ли бы могла смириться с подобным позором.

Уклонение за уклонением, выпад за выпадом, удар за ударом, бой продолжался. И чем он кончится при нынешних условиях, было бы трудно сказать… Если бы не события, что разворачивались внутри самих построек, где сейчас находилось четверо заинтересованных в победе одной из сторон лиц.

Прежде всего стоило обратить внимание на Кайнета Эль-Меллоя Арчибальда. Хотя едва ли он сейчас был достоин своего титула «Эль-Меллой». Прикованный к креслу-каталке, потерявший контроль над своими магическими силами после памятной битвы с Кирицугу в особняке Айнцбернов, он злобным взглядом взирал на происходящий бой.