Летопись Велигаста

Если дело обстоит таким образом, то я пойду с вами в Туманные горы сам. Уже много лет я не был в деле, а руки отвыкли от меча. А сейчас, после многих лет бездействия, я готов опять выступить в поход.

- Дело это видится очень опасным, – ответил на это Велимудр. – Даже если мы благополучно пройдем оставшийся путь – пересечем Великие топи, пройдем незамеченными мимо застав моров и поднимемся в Туманные горы, то все равно неизвестно, сможем ли мы найти туннель на ту сторону, и что будет нас ждать по ту сторону двери.

Вполне возможно и то, что попытка пройти через туннель приведет к тому, что никто из нас не вернется обратно.

- Я готов к этому, – отозвался из темноты Чешко. – охотно отдал бы свою жизнь за то, чтобы увидеть Южный предел и родной Дилуэн, где я родился и вырос, вновь свободными. Сможем ли мы дойти до Туманных гор и найти тоннель или нет, но я верю, что наша жертва не будет напрасной. Я готов сопровождать вас до конца пути. Согласны ли вы меня принять в качестве проводника?

- Тебе придется идти с нами на свой страх и риск, – ответил Велимудр.

Рагнар и Бренко поклонились Чешко, приветствуя нового товарища.

Чешко в ответ улыбнулся:

- Перед походом сегодня вечером мы зададим пир, который будет праздником для жителей всего селения. На нем вы будете главными гостями. А утром, если позволит погода, мы сядем на корабль и отправимся по озеру в сторону Великих топей. В доме вас будут ожидать уютные комнаты, где вы сможете отдохнуть и сделать необходимые приготовления перед походом.

Слуги проведут вас в ваши комнаты, а вечером вас будет ждать пиршественный стол.

***

Прошло несколько часов. Сумерки быстро спустились на землю, и в небе зажглись яркие звезды. Прямо над озером вспыхнула большая звезда из созвездия Бегущего охотника, указывая путь на юг. Из-за горизонта всплыла сначала одна луна и стала совершать свой неспешный ход по небу, затем через несколько часов над горизонтом появилась вторая луна, двинувшись вслед за первой.

Стало ощутимо свежо, со стороны озера потянуло едва уловимой сыростью. Селение погрузилось в темноту, но одно строение в нем было все еще ярко освещено. Отблески яркого света вырывались через открытые настежь двери и верхние окна в крыше, падая на каменную площадку перед домом.

Из дома доносился гул голосов, звон кубков. В зале были установлены длинные еловые столы, составленные из плотно пригнанных толстых досок и украшенные по краю затейливой вязью.