Целительница

Первая попытка отработать методику оказалась провальной. Стоило попробовать выдавить ту самую капелюшечку, рвануло, как из брандспойта.

Сергею-то хорошо — чем плотнее полевой корсет, тем крепче держит спину, а вот самому Даниле Евгеньевичу плохо. Как минимум от осознания, что какая-то деревенская знахарка могла, а он — нет.

Вот тогда и решил использовать Александру. Было ощущение, что в рассказе девушки кое-чего не хватало. И это «кое-что» напрямую касалось того, чем он занимался.

Оставив парня отдыхать, позвонил Саше.

Та появилась через полчаса. Посмотрела на лежавшего на кушетке Сергея, на Данилу Евгеньевича...

— Представляешь, — ища понимания, вскинулся Данила Евгеньевич, — я ее спрашиваю: а чем капелька отличается от капелюшечки? Я! Профессор! Заведующий кафедрой! Признанное светило! Спрашиваю у этой пигалицы! А она искренне, без тени лукавства смотрит на меня и говорит: «Капелька — это когда проходит через широкую трубочку для коктейлей. А капелюшечка — через тонкую».

— Ну... — снова наполнив рюмки, глубокомысленно произнес Трубецкой.

— Вот тебе и ну! — грозно отрезал Данила Евгеньевич. — Когда я попросил продемонстрировать и то и другое, вошла в полевую структуру и протолкнула через суженные каналы спины Сергея сначала капельку, а потом капелюшечку. А затем повернулась ко мне и заявляет: «А теперь, профессор, вы. Я в вас верю!»

Посмотрев на зашедшегося смехом друга, Данила Евгеньевич тяжело вздохнул.

Сергей тоже хохотал. Всячески сдерживался, но кушетка тряслась, вызывая не злость, а странную такую обиду пополам с гордостью.

И Люся, когда поделился, тоже зашлась смехом. До выступивших на глазах слез и начавшейся после этого икоты.

— Ну и как, — все еще продолжая всхлипывать, Трубецкой зацепил на вилку кусочек копченого мяса, — получилось?

Данила Евгеньевич довольно усмехнулся, расправил плечи:

— А как же!

А то, что вышло коряво и далеко не с первого раза.

— Еще она заставила поклясться, что ее имя в этой работе упоминаться не будет, — грустно добавил он. — И я ее уговаривал. И Сергей... Сам сидит на кушетке с голым торсом, убеждает... А она смотрит на него совсем не по-девичьи, как целительница смотрит, и спокойно так, твердо говорит: нет.

— Возможно, у нее на то имеются причины.