Целительница

— Кстати, Юль, — вдруг вспыхнул он энтузиазмом, — как насчет пикника на прудах? Соберем одноклассников, отметим скорое окончание лета.

— И обязательно пригласим Сашу, — многозначительно посмотрела Юля на Антона.

— И обязательно пригласим Сашу, — покладисто повторил Антон. — Ты не против? — посмотрел он на меня.

— Завтра и послезавтра у меня экзамены, — напомнила я о насущном. — Если только вечером...

— Тогда послезавтра вечером, — решительно произнес Антон. Потом бросил взгляд на часы. — Вы извините, что не могу задержаться.

— Лети уж, — легко, играючи толкнула его Юля. — Вечером созвонимся.

— Обязательно, — усаживаясь в машину, махнул он нам рукой.

Мы проводили машину взглядом, пока та не скрылась за поворотом. Переглянулись.

— Ну что, гулять? — напомнила она о наших задумках.

— Гулять, — улыбнулась я. — Но сначала поесть.

— Тогда в студенческую кафешку, — осмотревшись, решительно ухватила меня за руку Юля.

То, что кормят хорошо, было здорово. В желудке уже урчало, напоминая, что нормально я ела в последний раз еще в поезде.

***

— Что-то случилось, Антон Николаевич?

Антон, «очнувшись», с некоторым недоумением посмотрел на стоявшего рядом с машиной охранника. Потом оглянулся на уже закрытые ворота.

Это же надо было так задуматься?!

— Николай Иванович дома? — выходя из машины, вместо ответа поинтересовался он.

Новое знакомство не давало покоя.

Александра была миленькой. И какой-то чистой. Он бы даже сказал — прозрачной в своей отстраненности от грязи этого мира.

И ведь вряд ли она с ней не сталкивалась — там, где целители, там и боль, но ведь буквально светилась.

Светилась! Он даже вздрогнул, лишь теперь сообразив, что его смутило. Сила стихий, которых не должно быть у целителей.

Или он, потянувшись к девушке душой, выдавал желаемое за действительное?

— В саду, господин, — отступил, пропуская, охранник.

Кивнув, Антон направился в сад. Душевные метания душевными метаниями, но что такое долг перед родом, он не забывал.

Отец действительно находился в беседке. На деревянном столике были разложены бумаги. Сбоку стояла кружка. Скорее всего, с брусничным отваром, который он любил.

Заметив Антона, Николай Иванович поднял голову, тут же перевернув лист, который читал.

— Рано ты.

При других обстоятельствах Антон только усмехнулся бы, при этих...