Бранд. Сын Цитадели

Отроки без промедления бросили колдуна там, где стояли, и убежали за следующим пленником. Чародей протестующе замычал, возмущённый грубым обращением, однако его мольбы пропали втуне, не услышанные ровным счётом никем. Бранд подхватил разбойника, перекинув его через плечо, как мешок с репой, и двинулся прочь из деревни. До заката оставалось ещё, по меньшей мере, несколько часов, которые следовало потратить с пользой.

Отойдя за ограду, юноша сбросил пленника на землю и принялся развязывать тугие узлы. Даже когда верёвки, вместе с полотняным мешком, упали в дорожную пыль, колдун не попытался вскочить и сбежать, предпочтя остаться на земле, растирая затёкшие конечности.

-Вот, сразу бы так. Глядишь, и мешок не пришлось бы надевать.

Маг не отвечал, лишь глядел исподлобья, хмуро. Наконец он спросил, еле ворочая иссушенным языком

-Ты решил казнить меня, верно?

Юноша покачал головой.

-Нет, просто неохота тащить тебя на себе до Рехена. Предлагаю сделку – ты спокойно идёшь чуть впереди, не пытаясь сбежать или подчинить кого-то, а взамен получаешь возможность наслаждаться солнцем, свежим воздухом и свободным ртом.

Колдун скривился, но согласился. Пленник и пленитель двинулись вперёд. Шли молча – желания разговаривать не было ни у юноши, ни у мага. Завечерело. Бранд остановился и ткнул разбойника пяткой копья в спину.

-Остановка на ночлег. Давай-ка, бери лопату, да начинай делать костровую яму.

Маг поджал губы, но принял означенный инструмент и принялся неловко вскапывать почву.

-Что, не доводилось держать в руках простых орудий? Ладно, давай покажу, как надо.

Отобрав у татя лопату, молодой витязь принялся споро очерчивать на земле квадрат со стороной в полтора локтя. Закончив, он начал делить очерченную площадь на меньшие части, со сторонами в пол-локтя.

-Вот так. Втыкай лезвие в землю на пол-ладони, затем поддевай вырезанные пласты и складывай рядом.

Чародей вновь принялся за дело. Выходило у него, конечно, криво и медленно, но, с другой стороны, всегда лучше, когда бытовыми делами занимается кто-то другой.

“Полюбовавшись” на потеющего разбойника и подавив желание огреть его лопатой промеж ушей (исключительно за нарушение всех правил работы с благородным инструментом, конечно же), Бранд начал разбирать вещи. Сам он, конечно же, намеревался спать на скатке, выданной в Цитадели, а вот татя ожидала не самая приятная ночка.