Бранд. Сын Цитадели

Тележный, угодливо семеня и оглядываясь, подвёл Бранда к короткой шеренге, состоящей семи охранников и пары возничих. Люди провожали юношу взглядом, нервничали, переминались с ноги на ногу; они боялись грядущей проверки. Им, конечно, было нечего скрывать, но Гло’Сар, плохо объяснивший суть предстоящего события, нагнал на них жути, ведь люди, как известно, всегда боятся неизведанного и непонятного. Сам же купец стоял чуть поодаль. Бранд кивнул ему, встряхнул руками, закрыл глаза и сосредоточился.

Тут следует сделать небольшое отступление.

Дело в том, что все члены Ордена обучаются читать лица и жесты людей и нелюдей (это крайне полезно при проведении переговоров), однако, некоторые из братьев, имеющие склонность к манипуляциям с разумом, продвигаются дальше. По обычаю, именно из числа подобных одарённых выбирается тысяцкий, он же учит одарённых-новичков. В их число попал и Бранд. Его потенциал на этом поприще был мизерным, однако ему удалось освоить несколько несложных, но крайне полезных, приёмов. Одним из них была направленная эмпатия. Как она могла помочь здесь, спросите вы? Что ж, для понимания данного вопроса нам придётся немного углубиться в теорию разумов, создатель которой -- достопочтенный, но уже три сотни лет, как мёртвый архимаг Тарквиний Феррус -- наверняка перевернётся сейчас в гробу от моих вольных формулировок. Итак, что есть разум? Разум -- это совокупность множества тонких магических трубочек, по которым перемещается умственная энергия, управляемая душой, прячущейся в самом сердце этого сплетения. Соответственно, вмешательство в разум есть не что иное, как попытка перенаправить или остановить течение умственных жидкостей. Очевидно, что подобные манипуляции не могут не оставить следов(54). Одним из вторичных последствий вмешательства в разум является временное искажение эмоций, возникающее в силу засорения, сужения, расширения и даже искривления уже упомянутых трубочек. Именно эти искажения и позволяет почувствовать направленная эмпатия.

Итак, Бранд сосредоточился, настраивая своё сознание на работу с внешним миром.

Почувствовав, что его разум начинает набухать, раскрываться, подобно почке на дереве, юноша открыл глаза и шагнул к левому краю шеренги. Первым, на кого упал его взгляд, стал невысокий, плотный черноволосый воин со шрамом у левого уха. Молодой витязь впился в него взглядом. Боец вздрогнул, его глаза широко раскрылись и попытались метнуться в сторону но не смогли -- Брандовы зрачки крепко держали их на месте.